Таким образом, перед нами вырисовывается картина, изображающая не толпу эмигрантов-беглецов под руководством духовного предводителя, а политическую экспансию народа, организованную знатными валлийскими княжескими домами, политические права, привилегии и духовное единство которого являлись заботой образованных клириков. Так как наши основные источники монашеского происхождения и позднего времени, неудивительно, что некоторые из первых вождей превратились в святых. Наиболее яркий пример — Вортигерн, который, как уже упоминалось, появляется в записях Кемперле как св. Гуртиерн[255].
Между тем в Бретани, как и на наших островах, VI и VII века были периодом подъема исторических королевств. Очень жаль, что современник этих событий Григорий Турский не уделил достаточного внимания двум бретонским государствам, Домнонии и Корнуаю, поскольку наши сведения о них по большей части основываются на записях церковных установлений и менее надежных житиях святых. В первом из них, "Житии св. Самсона Долского", Домнония именуется не королевством, а областью, герцогством или графством, а во франкских источниках ею правит "королевский граф", хотя власть над этой территорией, по всей видимости, переходила от отца к сыну. В этом житии мы находим живой рассказ об отношениях князей Домнонии как с королем франков Хильдебертом, так и с регентом Куномором (
Куномор является самой интересной фигурой ранней бретонской истории, которая, можно сказать, начинается с его отношений с королями франков. По своему происхождению он был одним из незначительных бретонский князей; его резиденция находилась в Пу-Кастеле, ныне Каре, а его "графством", то есть маленьким городом-государством, были окружающие земли, ныне Поэр. Время его правления, сначала в качестве регента, а затем узурпатора Домнонии, традиционно датируется приблизительно 540–554 гг. Кажется, поначалу он был обычным христианином, однако, натолкнувшись на враждебность церкви, в преданиях он изображается как узурпатор, кровожадный тиран и Синяя Борода. Путем своей узурпации Домнонии и в качестве господина Поэра и Леона он уже владел половиной Бретани и, очевидно, стремился к созданию крупного независимого княжества. Однако, после торжества Юдуала, Домнония поднялась против "тирана", который потерпел поражение и был убит в своем родном Поэре, куда он удалился в надежде найти убежище и подкрепление.
В то время как бритты занимали полуостров, Галлию постепенно захватывали франки, и при Хлодвиге (около 481–511) галло-римские города Арморики формально признали франкскую власть. Франки считали себя истинными наследниками римских правителей и отказывались признать независимость остальной части полуострова Бретани, в то время как бретонцы, со своей стороны, отказывались признать притязания франков и, наоборот, стремились распространить свою независимость на восток[257]. Согласно современнику этого процесса Григорию Турскому[258], преемники Хлодвига лишили правителей Бретани титула короля, заменив его графским титулом, который носили франкские должностные лица, управлявшие разными городами-государствами от имени франкских королей. Несмотря на это, и в статусе графов бретонские вожди продолжали игнорировать власть меровингских королей. Это был период превращения галло-римской области Ванна в Бро Варох, "Земли Вароха", по имени бретонского вождя Вароха II (577–594), при котором этот город в 579 г. стал бретонским. Варох был действительно грозным противником франков, и Григорий живо описывает сенсационную военную карьеру этого храброго князя и его политические отношения с франкскими королями. В 587 г. он совершил набег на Нант, а в следующем году напал на Ренн и вновь на Нант; и хотя в 590 г. на Ванн напала многочисленная франкская армия, это кончилось для франков катастрофой, ибо их армия потерпела поражение и была частично уничтожена сыном Вароха Канао (
