У армянского историка Вардана целью похода Мервана указан город гуннов Варачан[840], а Гевонд, не называя города в земле гуннов, описывает его взятие арабами. При этом жители города, по его словам, «стали бросать имущества свои в море, а другие и сами бросались в море и погибали в безднах его»[841]. Выходит, что, если город в стране гуннов, о взятии которого говорится у Гевонда, был действительно Варачан, то он лежал на берегу моря. Варачан чаще всего идентифицируется с Беленджером, а последний с современным селением Тарки, находящимся вблизи Махачкалы, в нескольких километрах от моря. Уже ввиду этого отожествление Варачана-Беленджера с Тарки более чем сомнительно. К тому же арабские писатели упоминают Тарки — Тарку независимо от Беленджера и наряду с ним. Поэтому возможно, что Гевонд принял за Варачан какой-то другой город, может быть Семендер[842]. Тот факт, что из всех событий похода Мервана армянские историки отметили только взятие Варачана, можно объяснить лишь тем, что именно этот город в стране хазар был лучше всего им известен, или что в его взятии участвовали армянские дружины, находившиеся в войске Мервана.
Узнав о гибели своей армии, каган отправил к Мервану посла с просьбой о мире. Мерван потребовал обращения кагана в мусульманство, угрожая в случае отказа поставить на его место другое лицо. Посол попросил три дня сроку, чтобы вернуться к кагану и принести его ответ. Из этого следует, что каган не успел уйти далеко от преследовавшего его Мервана. За три дня посол мог не только вернуться от Мервана к кагану, но и принести ответ последнего. У кагана не было выхода и он согласился принять ислам, т. е. другими словами, подчиниться арабам, так как принятие ислама означало не только религиозную, но и политическую покорность халифу. Единственно, о чём просил каган, — это прислать ему учителей для ознакомления с мусульманской религией. Мерван направил к нему двух факихов. Некоторые затруднения вызвал вопрос о пище. Каган специально интересовался, что разрешается ему из мяса и можно ли пить вино. После некоторой дискуссии между учителями ему было сообщено об абсолютном запрещении «не чистого» мяса, крови, свинины и вина. Каган должен был согласиться и с этим и вместе с семьёй и некоторыми из своих приближённых принял ислам[843].
Мерван подождал пока каган вернулся в свою столицу, восстановил его власть и, назвав кагана своим братом, с большой добычей и 40 тысячами пленных вернулся в Закавказье. Хазарские пленники были поселены между Самуром и Шабраном, а буртасы в Кахетии. Здесь последние скоро взбунтовались, убили поставленного над ними эмира и бежали на родину, но по пути были перехвачены Мерваном и перебиты[844]. Так закончился «быстрый рейд», как называли этот поход Мервана арабы.
Рассказ о походе Мервана на Волгу, приведённый ещё у Д'Оссона, но без указания источника, казался невероятным и не обратил на себя внимания учёных. Исследователи, пользовавшиеся только сообщениями широко известных арабских писателей, не могли составить себе полного представления о походе 737 г., так как у них находятся лишь отрывочные данные. Отожествляя сакалибов со славянами, многие учёные полагали, что Мерван был на Кубани или на Дону. Так, например, Маркварт, основываясь на сведениях Балазури, считал, что Мерван, послав часть своего войска против хазар вдоль Каспийского побережья, сам с главными силами вторгся через Аланские ворота в страну хазар на Дону. Только с привлечением текста Ибн ал-А'сама, что является бесспорной заслугой Зеки Валиди Тогана[845], становится очевидным, что Мерван двинулся со всей своей армией в 150 тысяч человек кратчайшим путём к столице хазар на Нижней Волге, к ал-Бейда, позже известной под именем Итиля, не отвлекаясь никакими побочными целями и не уклоняясь ни на Кубань, ни на Дон. О том же свидетельствуют, но очень кратко и поэтому не вполне ясно и убедительно, и другие арабские авторы — Ибн ал-Асир и Ибн Халдун (1332–1406).