История Клуба-81 полностью

Причины, названные Новиковым, с одной стороны, выявлялись в сопоставлении с первыми годами существования клуба, замечательными тем, что наши совместные мероприятия с музыкантами и художниками дали возможность заявить о себе неофициальной культуре в широком объеме, что для многих горожан было откровением. И уже это обостряло отношения с музеем, а главное, для членов клуба были важнее не концертные выступления, а тесное профессиональное общение на заседаниях секций, на конференциях, а также проблемы публикаций, чем мы и занимались на Петра Лаврова. Мы были заинтригованы творчеством наших московских коллег; встречи с ними вызвали дискуссии, размещение их произведений в наших самиздатских журналах. Их выступления на Петра Лаврова «литовке» не подлежали, но вызвали раздражение у начальства. Что касается журналов, то у каждого из них был круг своих читателей,

На призыв к членам клуба устанавливать контакты с учреждениями культпросвета, журналами, газетами, издательствами я уже два года назад сформулировал ответ: это призыв учиться «ходить на цыпочках» по коридорам этих учреждений и выслушивать советы от людей, которые убили российскую литературу и продолжают давить в ней все живое. Ю. Новиков, невзирая на наш богатейший опыт, продолжал верить в Утопию-1. Он не сумел разглядеть, что аппаратная «перестройка» – не более того, что все стихийно возникшие в последние два года организации и группы должны получить управленцев от аппарата, методистов-воспитателей и т. д., что с такой подробностью описано в уставе московского клуба «Поэзия». Члены нашего клуба были свободны. Они сами научились договариваться о выступлениях в Культпросвете и разносить свои рукописи по издательствам.

Из моего дневника:

15 декабря

Приехал в Москву 12-го. Уверенности в том, что семинар дадут провести, не было. В портфеле вез почти всю прозу, которую хотел предложить московским журналам. Около дома С. Григорьянца на улице Гарибальди подошли два пенсионера спросить, почему Григорьянц не дает им читать «Гласность», ведь приходят люди, про журнал спрашивают. Я обещал передать их жалобы.