Ю. Андреев, однако, не отказался от попыток рулить нашим объединением. Он объявил нам, что договорился представить клуб питерским телезрителям. Клуб этой новостью был удивлен и воодушевлен. После совместной с куратором подготовки эта передача могла бы стать событием и, возможно, восстановить доверительные отношения с Андреевым. Но он решил составить программу передачи сам, с клубом ее даже не знакомить. Похоже, куратор готовил интригу. Я с коллегами подготовил текст, в котором были названы имена выступающих и темы их выступлений. Из имен помню В. Кучерявкина и С. Коровина. Список предназначался для Андреева как ведущего программы, что позволяло ему высказаться самому и дать слово литераторам клуба.
Помещение, выбранное для телезаписи, и члены клуба, разместившиеся по его периметру, производили внушительное впечатление. В середине аудитории за небольшим столом уже сидела команда Андреева: Кожевников, поэты Дмитриев и Шалыт, еще кто-то. Я подошел к столу и положил перед Андреевым наш список: «Мы подготовили несколько выступлений…» Он грубо меня прервал: «Заберите! Нам не нужно то, что вы тут написали…»
Все расселись, пора было начинать, ко мне вдруг подошел телевизионщик и потребовал, чтобы я пересел во второй ряд за спины коллег.
М. Берг начал говорить о
Еще раз подтвердилась моя пропись: «Официал любое хорошее дело умудрится обгадить»… «Спектакль» доктора наук провалился. Грубо и нагло он хотел превратить членов клуба в статистов своего торжества. Как просто такие номера удавались столько лет нашим начальникам, которые единственный микрофон они держали в своих руках, а клака была прикормлена!
Потом Андреев объяснял свой провал происками Иванова.
