И. В Сталин исходил из необходимости форсирования темпов коллективизации, мотивируя это обстановкой враждебного капиталистического окружения и возрастающим сопротивлением классово враждебных сил внутри страны. Позиция Сталина допускала применение чрезвычайных мер в достижении главной цели. Группа Н. И. Бухарина выступала за более осторожные, умеренные темпы коллективизации, исключающие применение чрезвычайных мер к крестьянству. На XVI (апрель 1929) общепартийной конференции при обсуждении этого вопроса выступил делегат от партийной организации Кубани, он же секретарь Кубанского окружкома ВКП(б) Д. А. Булатов. Он сообщил, что нет дружного вхождения в колхозы середняков. Так, из 240 тысяч хозяев в колхозах и других кооперативных хозяйствах состояло лишь 24 тысячи хозяйств, или 10 процентов, из которых доля середняков составляла только четвертую часть. Крестьяне и казаки не видели в колхозах машинной техники, особенно тракторов. Сталин в статье «Год великого перелома» (ноябрь 1929) заявил, что середняк в основной своей массе пошел в колхоз. После этой статьи секретарь Северо-Кавказского крайкома партии заявил о намерении завершить коллективизацию к лету 1931 г., но ее сроки были резко сокращены. Сплошная коллективизация зерновых районов, объявленная Сталиным и поддержанная Пленумом ЦК в ноябре 1929 г., базировалась в основном на сложении простого крестьянского инвентаря. Поспешность и неподготовленность, а также применение чрезвычайных мер и методов руководства способствовали усилению антиколхозных настроений. Из Павловского района Кубанского округа хлеборобы-казаки обратились с жалобой в ЦК на местных руководителей, допустивших насилие при обобществлении скота. Этот факт был оглашен на XVI съезде партии летом 1930 г., но никто не понес наказания за произвол. В станице Незамаевской весной 1930 г. из-за грубых перегибов (принудительное обобществление коров, овец, свиней, птицы) произошли «бабьи бунты». Видя нарушения принципов добровольности, казаки и иногородние выходили из колхозов, а единоличники воздерживались от вступления в них.
Для исправления допущенных ошибок было принято постановление ЦК РКП(б) от 5 января 1930 г. «О темпах коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». По этому документу коллективизация на Кубани должна была в основном завершиться в 1931 г. Четырнадцатого марта 1930 г. вышло новое постановление «О борьбе с искривлениями партлиний в колхозном движении», в котором осуждались принудительные меры при проведении коллективизации. Восстановлению доверия середняка и росту колхозного движения способствовало постановление ЦК РКП(б) «О льготах для колхозов», так как колхозники освобождались на два года от налога на скот, а колхозам отпускался кредит (в 1930 г. в сумме до 500 млн рублей). В это время на полях колхозов и совхозов работало 1340 тракторов, однако урожайность полей была низкой. Только в 1935 г. Кубань впервые добилась средней урожайности — 11 центнеров с гектара.
По мере ускорения темпов коллективизации усиливались репрессивные меры против лиц, не поддерживающих создание колхозов. В конце 1920 — начале 1930-х годов была проведена ликвидация кулачества как класса на основе сплошной коллективизации. Четвертого февраля 1930 г. было принято постановление ЦК «О мерах по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации» и инструкция к нему, в которой намечалось выселить в отдаленные районы страны более миллиона человек. Раскулачивание продолжалось в 1930–1933 гг. Кулацкие семьи выселялись и обосновывались на новых землях. Спецпереселенцы лишались политических прав (права голоса, свободы передвижения и свободного труда), имущество их подлежало конфискации. Все это дает основание считать «раскулачивание» особым видом репрессий. Многие из историков считают, что эти меры подорвали сельское хозяйство, и это стало одной из причин кризиса колхозного строя. Только на Кубани произошла потеря более 30 тысяч крестьянских хозяйств, большого числа опытных работников. Это было раскрестьянивание, которое задело и казачество.
Начиная с 1929 г. наряду с раскулачиванием в ряде районов Кубани на хлеборобов-единоличников обрушились репрессии по политическим мотивам. Одной из первых была объявлена контрреволюционной группа из 43 человек, арестованных в середине января 1930 г. Из них 24 человека расстреляли, остальные получили разные сроки заключения в концлагерях или были высланы на Север. Все лица этой группы были реабилитированы по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 г. Особенно впечатляют масштабами списки лиц, незаконно репрессированных по делу казачьей контрреволюционной повстанческой организации «Вызволение», якобы существовавшей в ряде районов Кубани. Всего по делу был привлечен 331 человек. Все они были арестованы в конце 1930-го и в начале 1931 г., когда в колхозы обязывали войти казаков.
