- Ты можешь верить моим словам, но не моим способностям, Владыка Халдир. Что если я ошибусь в выборе? Если не смогу убедить их прийти? Я никого ни в чём не могу убедить. Я не влияю на людей, да что там! Я даже своего пса не могу заставить делать то, что прошу. У меня не хватает смелости открыть собственное дело. Я не лидер!
- За безопасность Метентауронда отвечаю я, Мариан. Ты в ответе только за то, чтобы выбрать и привести сюда людей.
Отсутствие уверенности – вот твоя главная слабость. Чтобы добиться успеха, тебе нужно абсолютно ясно представлять результат и быть предельно уверенной в своём выборе. Вождями не рождаются, ими становятся. Задача сделать из тебя вождя выпала мне.
Мне показалось, что последняя фраза произнесена язвительным тоном.
- Ты можешь добиться всего, чего захочешь; мы в этом убедились. Тебе нужно всего лишь признать, что ты хочешь это. Скажи, что ты это хочешь, Мариан.
Воздух в комнате вдруг стал тяжёлым; аромат цветов заглушил все другие запахи. Я вернулась к столу и взяла свой бокал, выпив почти всё оставшееся там вино. Я тянула время, чтобы набраться храбрости.
- Да, хочу, - сказала я, протягивая ему почти пустой бокал.
Он потянулся к бокалу, но вместо того, чтобы забрать его, накрыл мою руку своей. Его ладонь излучала силу и мощь. У меня перехватило дыхание. Глядя прямо в глаза, он поднёс бокал к своим губам и осушил его. Я подумала, что это было какое-то таинство. Затем он поставил бокал на стол и отпустил мою руку.
- Тогда следуй за мной, - приказал он, открыв одну из витиевато украшенных дверей веранды.
- Куда мы идём?
- Навестить твою собаку, - последовал короткий ответ.
***
По дороге к конюшням у меня было время подумать. Не о Метентауронде, а об эльфе, за которым я шла, и о моих почти вырвавшихся из-под контроля чувствах к нему.
До гибели Кевина я всегда ценила роскошь тех редких моментов, которые могла посвятить только себе. Сейчас Кевина нет, а мои дети выросли и разъехались. Я действительно очень одинока. Интереснее всегда было там, где меня не было. Среди других людей я чувствовала себя чужой. Они любили и наслаждались жизнью, а я нет. Теперь я понимаю, что не знала, кто я и что делаю на самом деле. Я совершила пару глупых ошибок с мужчинами, но никто из них не мог сравниться с Кевином. Поэтому я оставила все попытки. Друзья с работы были просто друзьями с работы, и не более. Если уйду я, они тоже исчезнут. Наверно, за исключением Джейсона. Вот кто спасал меня от одиночества.
До тех пор, пока я не увидела этого эльфа в лунном свете на берегу Линлуина, меня не влекло так сильно к мужчине. Дело не в том, что он был эльфом; Линдир и некоторые другие, возможно, даже привлекательнее, чем он, но они не привлекали меня. Здесь дело не только в физическом влечении. Его энергия, амбициозность, гордость были для его народа, а не для него. С каждым днём, с каждым разом, когда крошечные проблески мягкосердечия прорывались сквозь тщательно возведённые барьеры, моё уважение к нему возрастало… и он притягивал ещё больше.
Я начинаю понимать, что для меня не существует более правильного места на земле, чем то, где я сейчас нахожусь; рядом с ним.
Я удивляюсь себе. Он видит, что я увлечена им; это очевидно. Отсутствие ответа с его стороны говорит о том, что мои чувства, слова и поступки так предсказуемы и незначительны, что не важны и недостойны внимания.
Я не нравлюсь ему; он мне не доверяет. Он ясно дал понять, что его раздражает моё присутствие. Но я всё равно не могу отказаться от своих чувств.
Мне просто надо прекратить мучить себя. Почему он? Почему сейчас? Он эльф, он уходит. Это безнадёжно и глупо.
***
Я дрессировала собаку вместе с Владыкой Халдиром.
Бруно был рад видеть меня, но только я отпустила его с поводка, как он тут же удрал. Я звала его, но он, как обычно, не откликался. Естественно, когда его позвал Владыка, он сразу пришёл.
- Ты зовёшь его, словно просишь быть твоим другом. Ты его хозяйка, а не друг.
- Значит, чтобы стать вождём, у меня не должно быть друзей? Халдир, друзья нужны всем.
- У каждого вождя есть советник, а он больше, чем друг. И меньше.
- Кто твой советник, Халдир? Я не видела никого похожего на него, пока я здесь.
- Мой брат. Сейчас он далеко от Метентауронда, но скоро вернётся.
Позови его снова.
- Бруно, ко мне! – я попыталась позвать более убедительно.
- Ты зовёшь его, как будто хочешь наказать. Он должен тебя слушаться. Ещё раз!
У меня нет ни братьев, ни сестёр. Бруно, ко мне! К моему удивлению, он подошёл, но отбежал в сторону, когда я к нему приблизилась.
- Он думает, что опять окажется на поводке, - объяснила я.
- Он должен понять, что послушание не означает лишение свободы, послушание вознаградится. Будь настойчивее, и он научиться уважать тебя. Запомни, Мариан: намного труднее восстановить потерянное уважение, чем удерживать его с самого начала.
Линдир говорил, что у тебя есть хороший друг, - сказал он, указывая на моё кольцо на цепочке.
- Линдир передаёт тебе всё, что я говорю? – раздражённо спросила я и получила в ответ кривую усмешку. Конечно, это его обязанность.
