Тэрмод не менее величаво восседал на красивом гнедом скакуне. Демон тоже сменил наряд, и теперь был одет в кожаный костюм с уплотненным нагрудником и с металлическими наручами. Из оружия заметила только странные кривые то ли длинные кинжалы, то ли короткие мечи. Все трое не имели сменной лошади, а провиант болтался в двойных мешках, привязанных к седлам.
Мы собирались отчаливать, когда к «Ослиной голове» подбежал мальчишка из «Трех сестренок» и направился прямиком ко мне.
— Вам передали, — он вручил небольшой пакет, и тут же рванул обратно.
За три недели я приобрела неплохой навык управления лошадью, тем более, мне попались на редкость мирные животинки. Сали не так повезло, но она и наездница отличная. Поэтому, не обращая внимания на заинтересованные взгляды попутчиков, задерживать выезд не стала — конверт вскрыла уже на ходу, когда их интерес сошел на нет.
В конверте обнаружилось письмо и небольшой прозрачный кулон в виде вытянутой капли на очень тонкой, почти невидимой нити. На плотной белоснежной бумаге светились удивительные буквы, выведенные каллиграфическим почерком, я не знала этого языка, но написанное поняла.
«Дорогая гостья, — говорилось в письме, — мы разобрались в причине неудачи с подсказкой и предсказанием. Для Вас они объединены в одно целое, и закрыты до определенного момента. Поэтому посылаем этот амулет, в свой срок он откроет предсказание-подсказку, надеемся, что она поможет на Вашем нелегком пути. С любовью, Три Сестренки.»
Как только я закончила читать текст, он испарился, а вслед за ним и бумага. В руке остался лишь кулон, который после недолгих колебаний я надела на шею.
Тинисский лес не был похож на те, к которым я привыкла, когда ходила в летние походы и каталась на лыжах зимой. Испещренные холмами и пригорками окрестности горы Басины густо поросли почти непроходимой чащей, по которой мы сейчас и передвигались. Невнятная лесная тропа, почти незаметная, еле угадывалась по чуть большему пространству между вековыми разлапистыми деревьями. Под ногами вились могучие корни, походившие на гигантских черных и коричневых змей, густые шалаши хвойных деревьев напоминали домики — того и гляди выйдет лесной гном и спросит, зачем мы притащились в его владения.
К вечеру распогодилось. Ярко-оранжевые лучи закатного солнца играли в траве, путались в кудрявых прическах лиственных деревьев и переливались в каплях, свисающих с длинных иголок хвойных — видимо, недавно здесь прошел дождь.
Возглавлял наш маленький отряд Велим, за ним — Мира, Тэрмод, Сали, Лэйс, я и замыкал процессию Фаррел.
Ехали молча, даже Сали не издавала ни звука с того момента, как оседлала лошадь. Красоты природы помогали отвлечься от неприятных мыслей о причинах, побудивших троих странных, настолько разных мужчин отправиться с нами в загадочное путешествие, не зная наших целей и не имея своих. Когда мы с магом занимались покупками, я поинтересовалась, почему он так легко согласился взять их с собой.
— А ты считаешь, надо было убить их?
— Почему — убить? — опешила я, не понимая его логику.
— А что?
— Да просто поговорить, отказать!
— Поговорить о чем? Как, интересно, ты собиралась убедить Миру не брать с собой того, кого она уже выбрала и кому доверяет? Про Сали и говорить не стоит.
— Но ведь они могут оказаться врагами, причем все трое!
— Могут, — кивнул Фаррел, — но врагов, знаешь ли, лучше держать при себе, чем на расстоянии, откуда они легко ударят исподтишка. Ты действительно веришь, что запрет остановит тех, кто хочет навредить? Скорее, в таком случае они либо последуют за нами тайно, либо устроят засаду впереди.
— То есть рядом с нами будут три возможных врага, а ты спокоен? — я никак не могла понять его.
— Вита, тебе стоит получше следить за своими собственными эмоциями, — улыбнулся во весь рот маг, и на этом категорически закрыл тему.
Объяснил бы мне кто-нибудь, почему почти любой вопрос к Фаррелу превращался в подобные диалоги? В итоге всю дорогу я то занималась обдумыванием этих его слов и страхов, которые рисовал мне мой разум, то старательно упражнялась в отработке дыхательной гимнастики и созерцала прелести Тинисского леса в качестве скорой помощи для очередного «переключения на позитив».
Еще днем мужчины приняли решение не останавливаться на ужин (все успели пообедать в таверне), а сразу расположиться на ночной привал. По дороге эльф подстрелил несколько птиц, так что вечерняя трапеза обещала быть сытной.
Я глубоко погрузилась в свои мысли и не заметила, как мы выехали на открытое пространство. Очнулась, когда наш отряд остановился. Справа возвышалась почти отвесная скала, поросшая чем-то вроде голубого лишайника, слева — голая местность, покрытая мелкими камнями и клочками травы, похожими на болотные кочки. Этот пейзаж напоминал сухое унылое море и простирался так же далеко, как и его водный собрат.
— Первая пустошь, — непривычно серьезно заметил Тэрмод.
— Раньше, чем обычно, — прокомментировал Лэйс.
Похоже, наши спутники не новички в подобных переходах, и хорошо знают окрестности.
