Легкие нещадно жгло, требуя воздуха.
– Будешь у меня по струнке смирно ходить! – послышалось яростное сквозь толщу воды.
И тут ей сделали больно. Намеренно или же нет, это уже не так важно. Дэмия невольно вдохнула, захлебываясь водами пруда.
Хватка на голове и плечах усилилась. Бедняжка пыталась вырваться, но её крепко держали.
«Мама…»
Миг… Сознание поплыло, а яростные голоса стали затихать.
«Подожди меня, мама… Я иду к тебе…»
– Это же так опасно, – с недовольной физиономией мачеха откинула волосы за спину. – Дорогой! – позвала она моего отца.
«Что, опять будешь прикидываться любящей супругой и заботливой матерью?»
– Ну хоть ты ей скажи, дорогой! – вновь позвала мачеха моего отца.
– А давай лучше ты ему скажешь? – на моих губах появилась едкая улыбка, от которой ярко накрашенная женщина проявила нервозность. Жалко только, что всего на секунду.
– Так я и говорю ему! – прикинулась она дурочкой, что умела мастерски.
– Ну да, – кивнула я, загружая в багажник пикапа баллоны с кислородом для дайвинга, который стал для меня отдушиной. – Я так и подумала.
– Мне не нравится это твоё увлечение…
– А мне не нравится то, что ты ставишь отцу рога, – перебила я.
– Что?!
Вполне ожидаемо глаза мачехи приняли форму блюдец. Стали такими честными и одновременно оскорбленными до глубины души.
– Что ты такое говори…
– Ой, да ладно, – отмахнулась я, закидывая на соседнее сиденье сумку с ластами, маской и костюмом. – Я видела вас двоих в ресторане. К слову, ты меня тоже там видела. К чему все эти игры?
– Я не понима…
– Всё ты понимаешь! – не выдержала я, злобно сощурив глаза. – Но этого стоило ожидать! Разве тридцатипятилетняя может влюбиться в шестидесятилетнего старика? Не нужно скрывать, что ты вышла за отца из-за денег!
– Милая, – ахнула мачеха. – Да как тебе только на ум такое пришло? Я…
– Плевать мне на тебя, на твоё временное увлечение и на отца! Ясно?!
Я так от всего этого устала. Мне так всё это надоело.
– Делайте, что хотите! Мне всё равно!
– Эми, детка…
– Никакая я тебе не детка! – с моих губ слетел злобный смешок. – Мне двадцать один год! И моя мама погибла из-за тебя! Ненавижу! – голос звучал спокойно и холодно, а в глазах плескалась несокрушимая ярость к этой женщине. – И отца ненавижу! Он предал маму! Изменил ей с тобой! Неужели ты правда думаешь, что я не знаю?
Физиономия мачехи побледнела, а дыхание заметно участилось.
– Твоя мама погибла в аварии, мы с твоим отцом здесь не…
– Не при чём? – подсказала я, перебивая.
– Да, – кивнула мачеха.
– За дуру меня держишь? – стиснув пальцы в кулаки, я сделала угрожающий шаг вперёд. – Ты же и скинула ей фотки, где кувыркаешься с моим отцом! Мама в этот момент была за рулём!
– Что?! – ахнула мачеха. – Нет! Это не я! Это…
– Ты! – рыкнула я. – И пусть доказать не удалось, я знаю это! Так что не стоит утруждаться и играть роль заботливой мамочки! Не получится! Можешь ставить отцу рога и дальше! Мне плевать!
Послав мачехе леденящую душу улыбку, я запрыгнула на водительское сидение и с грохотом захлопнула дверь.
Подальше… Подальше отсюда и как можно скорее.
Больше года… Больше года я живу в этом спектакле, где отец играет роль примерного семьянина, а мачеха старается выглядеть заботливой и любящей.
– Ложь! – рыкнула я, сильнее сжимая обод кожаного руля. – Всё ложь! Ненавижу!
А ведь два года назад я считала себя самой счастливой на всём белом свете. У меня была прекрасная семья, место в престижном вузе и много друзей. Мой отец являлся значимой персоной в высших кругах, а матушка отдавала всю себя, создавая уют в доме и уделяя семье каждую секунду своего времени. Вот только выяснилось, что на деле всё не так, как кажется.
У отца появилась любовница, которую не устроила роль второго места. Она решила поссорить его и маму. И ей удалось. Причём поссорила эта дрянь их навсегда. А отец? Что сделал он?! Похоронил маму, подождал полгода, а затем взял и снова женился! На той, кто разрушила наше семейное счастье!
Ярость бежала под кожей, эмоции переполняли через край.
В воду! Мне срочно требовалось в воду! Окунуться в подводный морской мир и хотя бы на время обрести покой!
Припарковавшись в уже привычном месте, я надела костюм, и, взяв всё остальное снаряжение, потопала к гавани, где уже ждала яхта отца.
Меня трясло от ярости. Так дальше не могло продолжаться. Нужно было что-то придумать, чтобы переехать в городскую квартиру. И причина должна быть веской, иначе отец не отпустит.
– Эми, – улыбался мне капитан, помахав рукой.
– Доброе утро, Джэн, – кивнула ему я.
– На острова? – спросил он.
– Да. Сегодня туда.
Не говоря больше ни слова, капитан встал к штурвалу, выводя яхту из тихой гавани.
Прислонившись к борту, я наблюдала за игрой волн, цвет которых менялся от лазури до тёмной синевы.
Чувствовала, как становится легче, ведь море всегда меня успокаивало.
Яхта набрала скорость, унося всё дальше от душевных мучений и тех, кого я ненавидела всем сердцем.
И вот, спустя час, капитан кинул якорь, позвав меня.
Поблагодарив его, я надела ласты, кислородный баллон, затянув ремешки потуже, и маску.
