– Пошла, я сказала! – рявкнула тётка, вновь на меня замахиваясь.
«Вот уж точно нет! Второго раза не будет! Неважно, в коме я или же просто не в себе, но никому не позволю над собой издеваться!»
Увернувшись, резко схватила её за запястье, заламывая руку.
– Ты… – судорожно ахнула агрессивно-настроенная змея, явно не ожидая подобного.
– Как смеешь, мерзавка?! – заохали две другие, устремляясь ко мне.
Но на их неудачу прут был уже в моей руке.
Замах, звук, рассекающий воздух, и прут пришёлся прямо на запястье одной из тёток.
– Ай! – взвизгнула она, резко отдёрнув свою конечность.
– Что?! – оскалилась я. – Больно?!
– Ты… – ткнула она в мою сторону указательным пальцем. – Ты…
– Я? – приподняла подбородок, смотря злобно и предупреждающе.
– Ты ответишь за это!
– Госпожа с тебя шкуру спустит! – поддакнула другая змея.
– Отправишься прямиком к своей мамаше-подстилке!
Услышанное ввело в ступор, и я замерла.
Не понимала, почему сердце так кровоточит и горько плачет? Почему страдает моя душа? Да, мама умерла, и я больше года глотала слёзы, но эта боль… Раны от неё были свежими. А потом сознание зацепилось за произнесённые слова…
– Подстилка? – озлобленно прошептала я. – Ты назвала мою мать подстилкой?!
– А кто ещё?! – хохотнула та, у которой я забрала прут. – Продажная и легкодоступная тварь, соблазнившая нашего господина!
Меня затрясло.
– Хорошо, что она сдохла! Дом благородной семьи Морана наполовину избавился от зловонной грязи!
– Закрой рот, – я крепче сжала в руке прут, который так и просился подняться вверх и хорошенько стегануть этих трёх идиоток, что абсолютно не следили за своими словами и несли какой-то бред.
Боль и страдания в моей душе… Я испытывала мучения. Они терзали меня. Сводили с ума. Такое ощущение, будто я вновь потеряла маму. Во второй раз. Но ведь это невозможно.
Дыхание стало частым, тяжёлым. Руки едва ли не ходили ходуном.
Всего секунда, и одна из тёток рванула на меня, пытаясь схватить, но ей не удалось.
Приложив силу, я со всей дури ударила её прутом по плечу.
Громкий визг прокатился по саду, разлетаясь во все стороны.
– Тебе конец, дрянь такая!
Две других кинулись следом.
Я не знала, за что они меня так ненавидят и почему несут весь этот бред про маму, но на интуитивном уровне понимала, что должна защищаться. Если сдамся… будет очень плохо.
– Ай!
– Тварь!
– Я тебе покажу!
Громкие визги разносились по всему саду, отражаясь от поверхности воды. Я лупила этих змей без зазрения совести, не собираясь сдаваться и чувствуя от этого какое-то моральное удовлетворение.
Они всё нападали и нападали, я неустанно отбивалась, выплёскивая ту боль, что будто на протяжение многих лет копилась во мне.
– Что здесь происходит?! – донёсся капризный голос.
Запыхавшиеся, раскрасневшиеся тётки замерли, резко оборачиваясь и открывая мне обзор на спешащую к нам девушку в пышном платье стиля средневековья, а вместе с ней ещё трое таких же странных дамочек.
– Конец тебе, мерзость! – зашипела одна из тёток. – Сейчас старшая госпожа покажет, где твоё место!..
– Вы что здесь устроили?!
Голос девицы в пышном платье был слегка визгливым, а на лице читалось высокомерие.
На её голове наблюдалась смешная шляпка, из-под которой торчали кудряшки, как у барана. Точнее овцы. Почему-то именно такое определение пришло на ум при виде неё.
– Старшая госпожа… – заблеяла одна из тёток, накрывая ладонью свою руку, где красовался алый след от прута. – Это всё она!
Мерзавка ткнула в мою сторону пальцем, а две других её подпевалы активно закивали, подтверждая сказанное.
– Ты совсем чокнутая?! – зашипела так называемая старшая госпожа. – Как посмела высунуться из своей конуры?!
Девицы, что стояли за её спиной, едко захихикали.
Меня так и тянуло спросить, кто она такая и кто все остальные? Как и то, что им от меня нужно, но эмоции, овладевшие мной, будто давали на всё ответ. Я чувствовала неописуемую ненависть к этой напыщенной девице и желание воздать по заслугам всем, кто находится рядом с ней. Создалось такое ощущение, будто я знаю её, как и присутствующих, уже много лет. И отношения у нас, мягко скажем так, не очень. Непонятно откуда присутствовала уверенность, что эта гадина любит издеваться надо мной, унижать и оскорблять, но этого не могло быть, ведь я видела её впервые. Вот только она меня, судя по всему, нет.
– Ты оглохла?! – взвизгнула девица, испепеляя взглядом.
Сейчас, когда она скривилась, её лицо стало похоже на крысиное.
– Смотрю, твоя младшая сестра туго соображает, – хихикнула одна из девиц.
«Это обо мне?»
– Пф! Сестра?! – столько омерзения слышалось в голосе кудрявой. – Не смеши меня! Эта идиотка никогда не будет мне сестрой! Каждый раз, когда вижу её, одолевает нестерпимое желание хорошенько помыться! Безмозглая тварь! Такая же, как и её мамаша!
Эмоции бурлили во мне всё сильнее. Я пребывала на грани.
«Непонятно, где нахожусь и неизвестно, как сюда попала! Не имею ни малейшего представления, кто эти люди! Так ещё и унижения выслушивать приходится! И ладно бы они касались только меня, причем незаслуженно, но мамы…»
