Антонина Васильевна совсем не лукавила, говоря о том, что на посетительнице нет лица. Когда Ирина вошла в кабинет, и сквозь слегка приоткрытую штору на нее упал луч света, Калинин в ее глазах не увидел жизни. Черты ее лица заострились. Это было лицо человека, потерявшего последнюю надежду. Появились новые морщины, глаза опухли. Она молча села на предложенный стул, и некоторое время разглядывала ногти на руках. Потом тяжело вздохнула и посмотрела на Калинина. У того в голове вертелось множество вопросов, но он понимал, что нужно дать ей возможность повести разговор так, как ей того захочется. Но у Ирины что-то не получалось, она вся дрожала и с трудом сдерживала слезы.
– Ирина Леонидовна, вы пришли мне сообщить, что ваш, как это лучше выразиться… – Калинин задумался, подбирая нужное слово, – сожитель – пропал?
Она молча кивнула головой и расплакалась.
Калинин встал, достал из холодильника бутылку минеральной воды и налил из нее в стакан, который поставил перед Ириной.
– Вот возьмите, выпейте и успокойтесь, – нарочно требовательно сказал он.
Ирина сделала несколько глотков и поставила стакан на стол.
– Теперь все по порядку расскажите, – предложил Калинин и внимательно посмотрел ей в лицо.
Его взгляд скользнул по ней с невольным интересом. С коротко стриженными рыжими волосами, веснушками и ясными зелеными глазами Ирина походила на бродячую кошку, сосредоточенную на своих делах. «У каждого свое понятие о женской привлекательности», – подумал Калинин. Она это заметила и впервые за несколько дней подумала о своей одежде: «Мне лучше было бы надеть что-нибудь другое. Сапоги слишком длинные, чтобы подчеркнуть все мои достоинства».
– Успокоились? – спросил ее Калинин.
«У него приятная улыбка. Наверное, ему можно доверять хотя бы немного», – промелькнуло у нее в голове, и она вдруг улыбнулась.
– Успокоилась, – ответила она.
– Тогда я весь внимание.
– Андрей Юрьевич, я проклинаю себя за то, что не послушалась вас. Но это было какое-то наваждение. Он меня словно заколдовал. Я вся была в его власти. Он точно обладает гипнозом.
– Ирина Леонидовна, давайте пока не будем делать никаких выводов. Любовь зла – полюбишь и козла. Расскажите все по порядку.
– По порядку?
– Да. Когда, где и при каких обстоятельствах вы с ним познакомились? Кем он представился?
– Познакомились мы с ним в ресторане, где я работаю, восемьдесят один день назад.
От удивления Калинин приподнял левую бровь.
– Вы что, дни считали? – спросил он.
– Да, считала. Мы познакомились 23 августа этого года без пятнадцати одиннадцать вечера. Он зашел в ресторан перед самым его закрытием: в капитанской форме, высокий, статный, сильный. Таким он мне тогда показался. Мы посидели, вместе поужинали, познакомились, и я пригласила его к себе.
– Что, прямо в первый же день знакомства?
– Да, – смутилась Ирина. – Вы понимаете, он меня сразу же очаровал. Я не девочка, мне уже за тридцать… Подумала о своем счастье. Мне показалось, что с ним я буду счастлива.
– Как в песне: женское счастье… был бы милый рядом?…
– Вам, мужчинам, нас, женщин, не понять. Мы действуем по-другому.
– Глупо… Ну ладно, не моя это забота. Как он представился?
– Петровым. Петровым Андреем Юрьевичем. Капитаном ГРУ из Чечни. Но потом вдруг оказалось, что он работает майором госбезопасности.
– Это вас не смутило?
– А я откуда знаю, что такое ГРУ, а что такое госбезопасность? Для меня все едино. Я вам даже так скажу, что больше всего меня выбило из колеи – его контакты с вами. Я же сама видела, как он к вам приходил, как ваша машина за ним приезжала. Я здесь сидела. Как я не могла поверить, что он является сотрудником ФСБ?
– Но я же вам объяснял… Сотрудник мой подходил к вам и интересовался.
– Андрей Юрьевич, поймите меня. Он мне мозги запудрил. Говорил, что вы на него клевещите в связи с тем, что его планируют назначить на вашу должность, а вас уволить за провал операции.
– Какой операции?
– Я не знаю. Какой-то секретной. Потом ему подполковника присвоили. Он в управление ваше ездил. Ему генерал лично погоны вручил. Погоны я видела.
– Обманывал он вас.
– Теперь-то я знаю, что обманывал. Но тогда я была ослепленной любовью безмозглой дурой. Смотрела на него с замиранием.
– А когда вы конкретно поняли, что он вас обманывает?
– У меня были к нему приступы подозрений. Появлялись они внезапно, но я их отгоняла. Сестра мне постоянно твердила, дескать, твой Петров на ловеласа похож. Говорила, что он живет за мой счет. Я не верила, хотя понимала, что она права. Он в дом ни копейки не приносил. Говорил, что откладывает деньги на нашу свадьбу. Незадолго до своего отъезда отдал мне пакет. Сказал, что там деньги: десять тысяч долларов. Сделал предложение руки и сердца. А потом умотал…
– И где же эти деньги?
– Да не было там никаких денег. Пакет был набит резаными газетами. Это я по приезде из Москвы увидела.
– Вы в Москве были?
