Через минуту посетитель вошел в кабинет. Он был в военной, полевой форме одежды без знаков различия. Однако едва заметные дырочки на погонах свидетельствовали о капитанском звании. Ему было под сорок, возможно, чуть меньше. Короткая прическа, слегка резковатые движения и уверенный взгляд угадывали в нем действующего или бывшего военнослужащего.
– Разрешите, товарищ подполковник, – спросил он и, не дождавшись ответа, бесцеремонно направился к Калинину.
– Чем могу помочь? – растерявшись от нахрапистости посетителя, спросил Калинин.
– Это я пришел вам помочь.
Подполковник рукой указал на стул. Открыл свой блокнот и взял в руку авторучку.
– Слушаю вас.
– Во-первых, я хочу представиться. Петров Андрей Юрьевич. Бывший капитан спецназа. Уволен с военной службы по состоянию здоровья.
– Извините. Спецназ чего?
– Спецназ внутренних войск. Хотя раньше служил в ГРУ. Вас ведь, как и меня, Андреем Юрьевичем зовут?
– Да, – Калинин кивнул головой.
После чего Петров осмотрелся. Было видно, что он внимательно изучает обстановку в кабинете, словно фотографирует.
– М-да, ничего не изменилось, – вдруг сказал он.
– А что здесь должно измениться? Вы здесь раньше были?
– Конечно. Мы с вашим предшественником частенько здесь встречались. Кстати, он сейчас где?
– Убыл к новому месту службы.
– Жаль. Мы с ним так и не доделали одну разработочку. Вы в курсе?
– Нет, – снова удивился Калинин.
– Значит, он вам не доверял, раз не посвятил в ее суть.
– Так я ему сейчас позвоню и все выясню. Вы Петров? – Калинин схватился за телефонную трубку.
– Не стоит, – спецназовец замахал руками и облизал пересохшие губы. – А то получается, что я его сдал. Обидится. А может он, по каким-то причинам хотел замять это дело или вообще вступил с ними в сговор.
Смутная тень сомнения пробежала внутри Калинина, и он спросил:
– Вы Андрей Юрьевич, по какой статье уволились?
– Я же вам сказал, по состоянию здоровья.
– Я и спрашиваю, номер статьи. Может, контузия или психика не выдержала. Спецназ постоянно рискует. Стрессы…
– А, вы об этом, – он покрутил пальцем у виска и улыбнулся. – Нет. С головой у меня все в порядке. Ранение я получил. Ранение ноги. Врачи признали негодным к строевой службе. Вот посмотрите, – он резво снял штаны и продемонстрировал приличный рубец на бедре.
– Это что, за эту травму вас комиссовали?
– Ага. Кость задета. Сказали, все, отпрыгался боец.
– А на нестроевую, куда-нибудь в военкомат?
– Да вы что? Я боевой офицер! Разве я смогу с бумажками. Да и, сами понимаете, в военкомат чтобы попасть, надо кому-то заплатить. Я платить не умею. Это не по мне!
– Хорошо. Рассказывайте вашу информацию.
– Эта история, уже как пару месяцев длится. После увольнения я решил найти себе работу. Потыкался, потыкался, но разве без связей найдешь? И решил я к воякам за помощью обратиться.
– А вы что, не местный?
– Нет. Я в Л-ск, можно сказать, случайно попал. С женщиной одной познакомился, и она… Ну сами понимаете. Стали мы с ней вместе жить. Пора остепениться.
– Что, до этого не были женаты?
– Да какой там. Сами понимаете, служба к семейной жизни не располагает. Тем более спецназ. Не хотелось детей сиротами делать. В основном-то, горячие точки…
– А где служили, если не секрет?
– Да какие от вас могут быть секреты. Таджикистан, Приднестровье, Косово и Чечня. Жизнь меня не баловала. Все по горячим точкам. Отсюда и ранение, и бытовая неустроенность.
– А что квартиру, даже по ранению не дали? Может быть, сертификат предлагали?
– Ничего не дали. Ничего не предлагали. Рассчитали, и все. От государства дождешься, держи карман шире. Не знаю, как у вас, а во внутренних войсках получить квартиру – дело гиблое. Я что, один такой? Это повсеместно.
– Странно, – задумался Калинин.
– Ладно. Оставим это на совести генералов.
– Зачем оставлять. Вы в суд подайте. Мы же правовое государство.
– Может быть, и подам.
– Ладно. Что там с вояками?
– А… чуть не забыл, – Левин ударил себя по лбу. – Значит, познакомился я с военными из местного гарнизона.
Говорю им, мужики, где у вас здесь работу найти. Ну а они мне: хочешь заработать? Хочу, отвечаю им. Но а они мне сразу закидывают, дескать, есть неучтенный арсенал оружия, мы его, говорят, из Чечни привезли. Представляете, Андрей Юрьевич, я в Чечне кровь свою проливал, а они бабки зарабатывали.
– Что ж, бывает и такое, – кивнул Калинин и в охотничьем азарте наклонился к капитану. – Какое конкретно оружие они хотят сбыть? Наименование, стоимость, количество.
– Да любое, говорят. Что хочешь.
– А кто конкретно из военнослужащих предлагал? Звание, фамилия, род войск, место службы? – скороговоркой произнес Калинин.
– Ну их несколько. По фамилии я не знаю. Как-то неудобно было спрашивать. По-моему прапорщики и один капитан.
– Их что, несколько человек?
– Трое. Два прапорщика и один капитан. Барыги! – зло выпалил Петров и легонько стукнул кулаком по столу.
– А где служат?
– В Н-ске. Я с ними на автомобильном рынке познакомился.
– Что, как только познакомился, так сразу и предложили?
– Сразу и предложили.
– Странно, – снова удивился Калинин.
