Тёплый летний денёк. Яркое солнце нещадно палило, и даже бодрящий ветер не спасал от обжигающих лучей. Однако, несмотря на безжалостную жару, на ярмарке собралось много народу. Родители с детишками сновали туда-сюда, не останавливаясь. Зазывалы привлекали внимание к многочисленным палаткам, в которых на раскладных столах покоилось множество различных безделушек: от магнитиков до панно в рамках из тёмного дерева. Пусть некоторые товары выглядели ужасно, но прогуливающиеся люди с удовольствием облегчали свои кошельки на радость торговцам. Палаточный ряд длился несколько сотен метров, и возле каждого сооружения стояло не менее трёх привлечённых рекламой прохожих.
За торговыми лавками расположились аттракционы. Самые разнообразные: американские горки, чёртово колесо, автодром и гидродрон, комната смеха, батут, тарзанка. Их было множество, и, чтобы прокатиться на каждом, требовалось потратить уйму времени и денег. Однако родители старались потакать всем желаниям ребёнка, раз уж привели его в такое место, чем малыши и пользовались. Но были тут не только счастливые семьи, но и просто веселящиеся парочки, только познававшие любовь.
Недалеко от аттракционов находился зоопарк. Животные в клетках изнемогали от жажды в столь жаркий день, пытались найти спасительную тень, но в пустынных клетках не было ни намёка на прохладу. Никто из рабочих не спешил позаботиться о них, хотя бы налив в давно осушённые миски воды, не то, чтоб облить зверей из шланга, валявшегося неподалёку. Волки и тигры обессилено лежали на огненном железном дне вольеров. Одинокий леопард ходил кругами по небольшой клетке. Лисы и прочие мелкие зверушки, высунув языки, пытались спрятаться в тени друг друга.
Посетителей в зоопарке было немного. Большинство из них наблюдали за милыми морскими котиками, совершенно не ощущавших жары и чувствующих себя по истине прекрасно, а те немногие, кто не толпился вокруг бассейна, разглядывали двух котят барса.
Возле вольера с одинокой пантерой стояла девушка, на вид, лет семнадцати-восемнадцати. Длинные русые волосы были собраны в растрёпанное подобие косы, доходившей до бёдер. На ней была чёрная майка-борцовка, такого же цвета короткие шорты и шлёпанцы. Сложив руки на груди, она смотрела прямо в янтарные глаза чернильно-чёрной кошки; та не отводила взгляд. Казалось, между этой девчонкой и зверем был немой диалог, они будто понимали друг друга без слов. В глазах животного плескалась тоска. Тоска по воле, и подросток видела это. Она видела боль, страдание некогда вольной кошки. А, быть может, она родилась уже в зоопарке и никогда не чувствовала запаха свободы? Кто знает…
Пантера легко поднялась на мощные лапы, выгнула поджарое тело и подошла прямо к прутьям решётки, за которыми стояла девушка. Та несколько секунд не шевелилась, словно не понимая, чего от неё хочет несчастное животное, но потом, чуть нахмурившись, неуверенно протянула тонкую руку сквозь прутья и коснулась чёрной, линяющей и давно потерявшей свой блеск шерсти и легонько погладила. Зверь с наслаждением потёрся о руку подростка. Слабо улыбнувшись уголками губ, девушка уже более уверенно почесала кошку за ухом. Послышались странные хрипловатые звуки, очень похожие на довольное урчание обычной домашней кошки.
— Эй, ты что делаешь?! — громкий окрик заставил девочку резко отдернуть к себе руку, а пантеру тут же ощетиниться и зарычать.
К ним приближался чуть полноватый небритый мужчина. Он грозно осмотрел подростка. Та ответила ему спокойным взглядом безразличных серых глаз. Работник зоопарка, судя по форме, дернулся от пронизывающего взгляда девушки, но тем не менее, заикнувшись, выпалил:
— О-отойди немедленно от животного!
Девочка склонила голову к левому плечу и посмотрела на чёрную кошку. Та будто отвечала ей печальным понимающим взглядом и, казалось, просила подчиниться. Чуть заметно кивнув, русоволосая отошла от вольера. Однако она не планировала так просто покинуть это место.
— Вы – работник этого зоопарка? — негромко поинтересовалась она, но мужчина услышал её слова более, чем отчётливо.
— Я волонтёр! — смотритель гордо ткнул в значок, висевший на груди.
— Тогда в ваши обязанности должен входить уход за животными, — не спрашивая, а утверждая, сказала девочка. — Пантера, впрочем, как и большинство животных в вашем зоопарке, страдает от жажды. Налейте им воды.
— Э-эй, не указывай мне, что делать, малявка! — опешив от столь наглых слов, прозвучавших, как приказ, воскликнул работник.
— Указываю вам не я, а договор о найме на работу, в котором должны были чётко прописываться подобные моменты, — совершенно не изменившись в лице, безразлично заметила девчонка.
— Да как ты… — продолжить ему не дал окрик ещё одного мужчины.
— Не будь таким упёртым, — к ним подошёл ещё один работник, однако форма его была несколько иной. — Напои ты зверюгу, коли ребёнок в Гринписовцев записался.
— Тц! — недовольно цокнул языком волонтёр, но тем не менее послушно удалился, и вернулся с ведром воды. — Отойди, малявка!
