Они прошли несколько десятков улиц. Всюду им встречались весело болтающие или занятые работой люди, изредка попадались шиноби. И лишь пройдя под огромной каменной аркой ситуация вокруг изменилась.
Дома стали менее громоздкими, лавочек, небольших фонтанов и торговых лавок и вовсе не стало. Широкие улицы сменились узкими, по которым могло идти не более четырёх человек в ряд. Но, конечно, самым большим отличием было отсутствие людей. Эта часть города казалась опустевшей, за несколько сотен метров им никто не встретился.
Кушина, определённо, знала причину этого. Они вошли в квартал проживания и тренировок шиноби. Жители Узушио, конечно, вполне могли сюда пройти, но делали это только при необходимости, а сами обитатели этого квартала редко ходили по улицам. Особенно сейчас, во время войны, у них и без того было много забот. К следующей арке компания подошла лишь через тридцать минут. Никто не торопился, а потому Кушина пользовалась возможностью более детально изучить Узушио. Раньше она редко ходила куда-то, кроме библиотеки.
Стоило им пройти под второй аркой, как Ринтаро остановился. Он обменялся взглядом с Акитакэ и обратился к ней.
— Кушина-сан, пожалуйста, пройдите в поместье вашей матери, — сказал мужчина. — Сейчас там никто не живёт. Касуми-сама уже год на передовой, но дом поддерживают в чистоте и порядке. По распоряжению Каосу-сама, вы будете жить там до возвращения вашей матери.
На секунду возникло желание возразить, однако стоило встретиться взглядом с Акитэ, как девочка резко передумала. Чуть помедлив, она кивнула и, развернувшись на пятках, пошла прочь, расправив плечи и грациозно ступая по нагретой солнцем каменной улице.
— Кажется, Кушина-сан выросла, — негромко пробормотал Ринтаро, но Акитэ, услышав это, чуть слышно хмыкнул.
— Идём, Рин-кун, — позвал он. — Я хочу как можно скорее встретиться с Каосу.
***
Стоило Кушине скрыться за ближайшем поворотом, как она, убедившись, что никто за ней не наблюдает, сразу же сорвалась с места. Дорогу до дома её матери она помнила прекрасно, и у ворот оказалась уже через минуту.
Как и ожидалось, огромный особняк встретил её звенящей тишиной. Однако девочка не стала задерживаться, скинув на входе обувь и дорожный плащ, прошла в комнату из которой, как она помнила, был выход в большой красивый сад. Пожалуй, самой главной особенностью особняка матери являлся выход к воде.
Пусть в течение всего года, пока Касуми отсутствовала, дом регулярно прибирали, сад имел весьма запущенный вид. Кустарники разрослись и были давно не стрижены, земля под деревьями была усыпана листьями и мелкими веточками, цветы клонились к земле под тяжестью бутонов. Причину этого Кушина обнаружила на удивление быстро — над дверным проходом на потолке была прикреплена печать. Символы её слабо блестели в полутьме. Несколько секунд осмотра, и девочка, развернувшись, торопливо скрывается в одной из комнат. Менее, чем через минуту она вернулась, держа в руке кусок пергамента. Встав на цыпочки, она с трудом дотягивалась до потолка, но всё-таки сумела прикрепить печать. Через мгновение свежие чёрные символы полыхнули голубым светом. Кушина улыбнулась краешками губ — путь был открыт.
Температура в саду оказалась ниже, чем на всём острове и в самом доме. Девочка осторожно ступила босыми ногами на неестественно ледяную землю. Кажется, барьер, защищающий сад, полностью изолировал его от всего острова. Медленно продвигаясь вглубь зарослей, Кушина настороженно оглядывалась. С одной стороны, она не сомневалась, что поблизости нет ни души, с другой… её преследовало странное чувство.
Обойдя сад по кругу несколько раз, девочка не обнаружила ничего интересного, разве что полузаросшую дорожку, змейкой ведущую к воде по крутому склону. Однако спускаться она пока-что не желала. Кушина не особо понимала, почему её мать установила защиту на это место? Остановившись под огромной раскидистой вишней, она замерла. Никаких посторонних звуков слышно не было, разве что шелест листвы и шум волн, лениво набегавших на каменистый берег. На всякий случай девочка ещё раз обошла заросли перед тем, как покинуть сад. Стряхнув пыль перед входом в дом, она окинула взглядом зелень, словно ожидая, что кто-то выпрыгнет из зарослей можжевельника, чувствовавшего себя вполне комфортно при столь низкой температуре.
Около двух часов Кушина осматривала дом. В результате она убедилась, что учитель был прав, говоря, что Касуми не подходит на роль правителя. После просмотра всех книг, что девочка обнаружила в доме матери, сомнений в её несколько странном мышлении не осталось. В основном на столах покоились различные копии сражений известных шиноби, свитки с различными стратегиями и техниками, способы построения отрядов и записи о возможном составе оных. Большинство стратегий и тактик, описанных в свитках, предполагали открытое столкновение. По мнению Кушины, подобные стратегии только увеличивают количество жертв, но никак не ускоряют ход войны.
