— Асахи, — негромко обратилась к ней Кушина. Акитакэ стоял в отдалении, ожидая, когда она закончит. — Тебе нельзя будет прилетать ко мне, пока я сама не позову. С этого момента никто не должен о тебе знать, — свободной рукой девочка нашла в кармане плаща две заранее подготовленные печати. С некоторым трудом она прикрепила их к лапам птицы. Та стояла спокойно, не шевелясь, ожидая, пока хозяйка не даст команды. — Первая печать скроет твоё присутствие ото всех. Вторая содержит мою чакру. Она позволит преодолеть барьеры Узушио не поднимая шума, — внимательно наблюдая за выражением глаз Асахи, Кушина чуть усмехнулась. — Да, этих мер предосторожности вполне достаточно, чтобы ты прибыла ко мне незамеченной один раз. Второй раз уже не выйдет — чакры, запечатанной во второй печати хватит лишь на одно преодоление барьера. Поэтому не возвращайся без моего приказа или острой необходимости. Поняла? — птица мигнула и негромко вскрикнула. — До скорой встречи, Асахи. У тебя ещё есть задание, помнишь? Отлично, вперёд!
Кушина резко вскинула руку, и Асанохи стрелой взмыла в воздух. Сделав два прощальных круга над головой девочки, она скрылась в листве.
Первые четыре часа пути прошли спокойно. Затем стали появляться первые отряды Узушио. Сначала они останавливали путешественников, но стоило Акитакэ дать определённый сигнал, как шиноби исчезали также внезапно, как и появлялись. Спустя ещё час Кушина была уверена, что в Узушио уже знают о их скором прибытии.
Так оно и оказалось. Стоило им приземлиться на мощёную дорогу перед мостом, как к ним тут же направилось несколько человек. Лица встречавших выражали какую-то мрачную радость. Кинув быстрый взгляд на Акитакэ, девочка успела заметить, как мужчина на секунду нахмурился, но почти сразу принял равнодушный ко всему вид. Она быстро последовала примеру учителя, убирая все лишние эмоции с лица.
— Акитакэ-сама! Мы ожидали вашего возвращения! — глубоко поклонившись, обратился к учителю один из встречавших.
Это был высокий крепкий мужчина, лет тридцати, с коротко подстриженными тёмно-алыми волосами. На лице красовалось несколько шрамов, а один глаз был закрыт повязкой. Кушина оценивающе окинула его взглядом, вероятно, один из командиров отрядов, не так давно вернувшийся с передовой. Походка, манера речи и проницательный взгляд выдавали в нём опытного бойца. Неожиданно мужчина обернулся к ней, и они встретились взглядом. Даже если он и не ожидал равнодушно-оценивающего выражения в её глазах, виду не подал.
— Приветствуем вас, Кушина-сан, — он поклонился и ей, пусть не так глубоко, а затем вновь обратился к Акитакэ. — Поторопимся, скоро защитный барьер вновь активируют.
— Он был изменён? — с непроницаемым выражением лица спросил Акитэ, однако не стал задерживаться, и первым шагнул на мост.
— Да, почти сразу после вашего отбытия, — кивнул всё тот же мужчина. Помолчав несколько секунд, он, понизив голос настолько, что рядом идущая Кушина с трудом могла расслышать, добавил, — Одно из Оснований…
Акитакэ одарил мужчину таким ледяным взглядом, что тот закашлялся.
— Ринтаро, — холодно сказал учитель, — ты забыл?
— Н-нет, — быстро покачал головой Ринтаро. Он больше не смотрел на Акитэ, а глядел прямо перед собой. — Прошу прощения.
Кушина вновь бросила взгляд на Акитакэ. На его лице не отражалось ни единой мысли, однако два года, проведённые с ним, давали о себе знать. По тому, как слегка сжались губы, а морщинки на лбу стали резче, она могла сказать, что это известие серьёзно обеспокоило учителя.
Она огляделась. Широкий каменный мост окружал густой серый туман. Он клубился, подобно дыму, и не давал возможности увидеть что-то дальше пяти метров. Кушина нахмурилась. Она была уверена, что два года назад, когда они покидали Узушио, туман был в разы меньше. Акитэ рассказывал, что это не настоящее природное явление, вернее, не до конца. Остров действительно всегда был окружён густой дымчато-серой пеленой, однако Узумаки усилили её. Теперь туман стал в несколько раз сильней, но помимо этого не давал врагам подобраться к Узушио. Кроме того, он подавлял чакру, так что сражаться в нём также было невозможно. И чем гуще был туман, тем сильнее было действие ограничителей. Что же заставило Узукаге усилить защиту? Акитакэ говорил, война должна закончится в ближайшие полгода.
Погружённая в мысли, Кушина не сразу осознала, что они уже давно сошли с моста и пересекали просторную площадь, вымощенную белым камнем. Над Узушио светило яркое солнце, небо не пятнала ни одна тучка, да и вообще на острове было намного теплее, чем на подступах к нему, и уж тем более — на мосту. Жизнь кипела вокруг, люди торопились куда-то по своим обыденным делам, торговцы на улицах предлагали свой товар. Дети играли возле небольшой колонки с водой. Все были счастливы, на лицах жителей были умиротворённые улыбки. Даже и не скажешь, что где-то сейчас идёт война.
