Сколько дочерей других мужчин погибло из-за моего выбора?
Эта мысль, эта правда, врезались в меня как лавина. Вспышка ясности и понимание этого стёрли все прочие мысли, яростную и застилающую разум активность моих недавних усилий.
Нравится мне это или нет, я принял Тьму. Тот факт, что я умер до того, как смог найти применение своим разрушительным способностям, ничего не значил. Я поднял красный световой меч. Я присоединился к братству Злых Мутантов.
Я стал тем, с кем всегда сражался.
Это невозможно было отрицать. Ни одного шанса, чтобы исправить мою ошибку. Я вдруг отчаянно захотел просто вернуться в свою могилу и обрести в ней мир и покой, которые почувствовал там. Чёрт, я хотел отдохнуть.
Я сложил руки и уставился на Инес. Мой голос прозвучал резко и жёстко.
— Ты не призрак маленькой девочки.
Её маленькое личико озарила ещё одна улыбка.
— Если я не призрак, почему ты выглядишь таким испуганным?
А потом она ушла. Ни звука, ни вспышки, ничего. Просто ушла.
Если бы я был живым, головная боль, которую я почувствовал потом, была бы типичной для подобной ситуации. Загадочные сверхъестественные существа сопровождали меня повсюду, на протяжении всей моей деятельности.
Но, чувак, я ненавижу, когда они оставляют за собой последнее слово.
— Несносное существо, — пробурчал медленным, низким, приятным басом голос за моей спиной.
— Её душа сделана из кривых линий.
Я напрягся. Я не чувствовал ничьего дополнительного присутствия всё время, пока был с Инес, а я хорошо знал, что может произойти, если позволить кому-то подкрасться сзади. Хотя правило номер один для работы со сверхъестественными существами — никогда не показывать страха — очень простое правило, это всякий раз чертовски нелегко. Я знаю, что там может оказаться такое страшное дело, скажу я вам.
Я повернулся, очень спокойно и медленно, напоминая себе, что у меня нет сердца, чтобы бешено стучать, и нет никакого пота на ладонях. Мне больше не нужно дрожать от страха — не больше, чем мне нужно дрожать от холода.
моё естество, видимо, нашло свои собственные гарантии ненадёжными. Глупое естество.
Там была высокая и угрожающая фигура, плавающая в воздухе позади меня, приблизительно в трёх футах над землёй. Она была полностью закутана в плащ черноты, капюшон поднят, создавая внутри себя область абсолютно тёмной тени. В этой черноте можно было увидеть тусклый намёк на лицо. Всё это походило на старые изображения Тени, который туманил людям головы. Плащ колыхался от ветра с вязкой медлительностью, напоминая лавововую лампу.
— Гм, — сказал я. — Привет.
Фигура переместилась вниз так, чтобы казалось, будто она стоит ногами на снегу.
— Так более предпочтительно?
— Разве нам не положено?.. — сказал я. — Э-э, да. Это замечательно.
Я посмотрел на него.
— Вы... «Вечное Безмолвие». Статуя на монументе Декстера Грейвза.
Вечное Безмолвие осталось безмолвным.
— Я воспринимаю это как да, — сказал я. — Я догадываюсь, вы не только местная статуя. Ведь так?
— Твоё предположение верно, — ответило Вечное Безмолвие.
Я кивнул.
— Что Вам нужно?
Оно медленно подплыло ближе. Глубокий голос — рядом с этим парнем и Джеймс Эрл Джонс[14] прозвучал бы Микки Маусом — прогрохотал:
— Ты должен понять свой путь.
— Мой путь.
— Тот, что впереди. Тот, что позади.
Я вздохнул:
— Не очень-то полезно.
— Это больше, чем необходимо, — протрубило Вечное Безмолвие. — Это существенно для выживания.
— Выживания? — спросил я, и ничего не смог с собой поделать. Я усмехнулся. После того, как вы померились силами с достаточным числом подражателей Мрачного Жнеца, выживание становится какой-то рутиной. — Да я же уже мёртв.
Оно промолчало.
— Ладно, — сказал я через минуту. — Выживание. Чьё??
Оно не отвечало долгую паузу, и я покачал головой, начиная думать, что мог бы потратить всю ночь, разговаривая с каждым чокнутым духом в этом долбаном месте, но так никогда не постиг бы смысла ни одного из них. И у меня не было всей ночи, чтобы терять её.
Я начал сосредотачивать свои мысли на другой серии прыжков Ночного Змея, когда его глубокий голос снова зазвучал, и на этот раз не только в ушах. Он буквально резонировал в моей голове, в моих мыслях — взрыв чистого понимания, который врезался мне в башку, будто написанный на боеголовке крылатой ракеты.
ВСЕХ.
Я пошатнулся и схватился за череп руками.
— Агх! — икнул я. — Адские колокола! Не будет ли слишком дерзким попросить вас уменьшить громкость?
НЕПРЕДНАМЕРЕННО. ХРУПКОСТЬ СМЕРТНОГО. НЕДОСТАТОЧНОЕ ПОНИМАНИЕ ПОДЧЁРКИВАНИЯ ГОЛОСОМ. ИЗВЕСТНАЯ ЛЕКСИКА ИСЧЕРПАНА.
