Если мама не смогла организовать приятную во всех отношениях жизнь ее и дочери, придётся девушке взять все в свои руки. Волей случая она попадает в Нью-Йорк и остаётся без денег и без поддержки,и не все, кто встречается ей на жизненном пути, оказываются теми, за кого себя выдают.
Про Лиду
Осеннее солнце медленно поднималось над высокими темными елями, окружавшими большой белый дом. Высветило крытую красной черепицей крышу, затем широкий балкон, и, наконец, сидящего в кресле под тёплым в крупную сине-белую клетку пледом человека. Его глаза были прикрыты, вряд ли он заметил, что появилось солнце: он был не здесь.
Он, двухлетний, щекастый, тепло одетый, сидел на полу на высоком деревянном, крашенном зеленой краской крыльце, играл с маленькими резными саночками. Рядом его старшие сестры, Леля и Лена, одевали красавиц на бал, заплетали им косы из березового лыка, румянили свеклой щеки, и уже почти все было готово, оставалось только запрячь в саночки глиняного барашка (говорили тяте:”Лошадь, лошадку нам сделай!” А у него баран получился! Да еще голова у него вбок смотрела, будто он все время оглядывался!), да мама позвала. Побросали сестры кукол, убежали. Мальчик потянулся к кукле…, но пришлось возвращаться в “сейчас”, он почувствовал, что не один.
Старик открыл глаза и с изумлением обнаружил, что сквозь строй елей-часовых к нему на задний двор кто-то пробирается, причём делает это шумно, совершенно не таясь, «как к себе домой идёт», пробормотал он.
Но когда нежданный гость выбрался из ёлок, хозяин дома пережил ещё большее потрясение: перед ним стояла гостья в белом саване.
– А где коса? – Непроизвольно вырвалось у старика.
Лида.
Прозвенел звонок с последнего урока, и освобождённые школьники вырвались наружу, мелкие скатывались с крыльца вприпрыжку, старшеклассники шли более спокойно, впрочем, также радостно.
Лида вышла почти последней из школы, но Светик не ушла, как Лида надеялась, а ждала на крыльце:
– Ты домой?
– Нет, к тетке. – Лида направилась к остановке автобуса.
– Так она у тебя вроде в Нытве живет. – Подружка не отставала.
– Давно уже купила квартиру на Ленина.
Лида побежала, увидев автобус. Стоя на задней площадке автобуса, махала рукой и тосковала.
Светик, самая главная подружка с первого школьного дня! Они были неразлучны, утром встречались у березы, которая росла строго посередине между их домами (два раза промеряли шагами, все точно!), вместе шли в школу, вместе обедали в школьной столовой, ждали друг друга, если у одной было больше уроков (они попали в разные классы, и директор, ясно дело, из вредности, отказалась перевести их в один класс), вместе делали домашние задания, чаще у Светы дома, и Светина добрая бабушка поила их чаем с вкуснющими свердловскими слойками. И не было у них ни единого, даже крохотного секретика друг от друга! Вот Лида и тосковала, тосковала, но про дело рассказать не могла! Ну, не могла, боялась, что Светик, которая в их паре была не только красавица (в самом деле, красавица, и волосы отливают золотом и слегка вьются, и глаза, огромные и голубые, а фигура! Да если бы Версаче или кто ещё увидел, так тут же бы позвал в свой модный дом самые лучшие платья показывать), но и мисс Осторожность. Про Лидин план, как пить дать, скажет: «Авантюра!» И будет отговаривать, посеет сомнения. Сами знаете, как важно быть уверенной в успехе!
На самом деле на улице Ленина находилась городская библиотека, про которую мать постоянно вспоминала, как она там Ленина конспектировала для истории КПСС, как кофе в буфете пила с вкусными булочками из заварного теста со взбитыми сливками внутри. Но булочки Лиде сейчас не по карману, ей деньги надо экономить, у неё важное дело!
В десятом классе Лида записалась в эту самую библиотеку и каждый день после уроков уезжала на автобусе в центр города. Сдавала рюкзак с учебниками вместе с курткой в гардероб, брала с собой специально купленную папку для бумаг и пенал и поднималась на последний этаж в общий читальный зал для студентов.
Ее любимый стол стоял в углу у окна. Она забирала заранее заказанные книги и писала по заказу контрольные работы и рефераты по истории, за что платили деньги, но немного.
В отделе периодики читала объявления о работе, иногда ей удавалось что-то найти, с ребёнком посидеть, помочь с домашними заданиями, но чаще всего требовалась няня на целый день, а Лида не могла пропустить школу, или домашние задания были по математике или по физике, а с этими предметами и у Лиды дела обстояли не блестяще.
Три раза в неделю в отделе иностранной литературы собирался клуб любителей английского языка, эти встречи мало что давали, но платные уроки были невозможны, а язык для достижения цели был необходим.
Поздно вечером возвращалась домой и сразу шла спать, стараясь не разговаривать с матерью, чтобы снова не скатиться в некрасивый скандал, как уже было. Лида тогда высказала, вернее, выкричала все, что она думает о матери и ее неприглядной жизни.
– Я никогда, слышишь, никогда, не повторю твою жизнь! Я никогда не свяжусь с идиотом! И никогда не рожу детей, если не смогу им обеспечить достойную жизнь!
– И что ты понимаешь под достойной жизнью?– Спросила негромко мать. Она сидела за круглым столом под лампой с абажуром, нет, вы только представьте себе, лампа с абажуром! Ленин и Крупская в селе Шушенское, блин!
