— Мне правда очень жаль, что все так получилось, — выражает сожаление Терренс. — Я совсем не хотел с тобой ссориться и так с тобой обращаться.
— Слушай, давай не будем считать себя виноватыми в том, что между нами произошло, — тихо предлагает Ракель, рассматривая свои руки. — Мы оба прекрасно знаем, что все это происходило по вине Саймона… Может, наши отношения и раньше были неидеальными. Но по крайней мере, мы с тобой никогда не ссорились. Мы всегда жили мирно.
— Это верно…
— Во всем виноват только Саймон. — Ракель тяжело вздыхает. — Которого я никогда прощу за то, что он сделал со мной и с моей жизнью… За то, что он убил моих родителей…
— Он испортил жизнь не только тебе и твоим родителям, — задумчиво говорит Терренс. — Однажды он вполне мог испортить жизнь и мне.
— В смысле? — удивленно смотрит на Терренса Ракель. — Неужели…
— Да, я знал, что Саймон хотел кому-то мстить, хотя и не знал настоящей причины, по которой он так сильно кого-то ненавидел.
— А как ты с ним познакомился?
— С Саймоном я знаком очень давно… Мы познакомились несколько лет назад через общих друзей. Я был еще довольно юным, но уже достаточно популярным. — Терренс на пару секунд замолкает. — Меня всегда удивляло его маниакальное желание разыскать кого-то. Я хорошо помню, что практически в каждом разговоре со мной он всегда говорил, что должен отомстить кому-то. И когда я решил спросить его, кто так сильно испортил ему жизнь, Саймон ничего подробно не сказал, но дал понять, что он мстит девушке. После этого мне стало интересно, что именно задумал этот человек. И чуть позже решил еще раз спросить Саймона об этом. Но увы, ничего не смог от него добиться.
— Ты не знал, что он был влюблен в мою маму? — удивляется Ракель.
— Нет-нет, не знал. Да я вообще не думал, что он мог кого-то любить. И не мог даже представить.
— Ладно. И что дальше?
— Однажды я решил попытаться убедить Саймона отказаться от желания отомстить. Но это не помогло. И тогда я решил припугнуть его полицией. После этого Рингер пришел в ярость и начал угрожать мне. Он заявил, что превратит мою жизнь в ад и разрушит мою карьеру, если я пойду в полицию.
— И ты испугался?
— Да.
— А ты не знал, что он писал мне все те письма на электронную почту? — слегка хмурится Ракель.
— Нет, я ничего об этом не знал, — спокойно произносит Терренс. — Я вообще не знал, что он что-то тебе писал. Об этом мне стало известно от Наталии и Анны, которых я случайно встретил в одном кафе. Которые набросились на меня с обвинениями в распространении слухов. Правда я заметил, как у него загорелись глаза, когда он узнал, что мы с моим бывшим менеджером Джоном собираемся на встречу с тобой и Сереной. Хотя и не предал этому значения. Я подумал, что он просто взволнован из-за того, что может встретить тебя. И не думал, что Саймон собирался увидеть ту, которой он собрался мстить.
— Ясно…
— Правда он остался ждать меня на улице, пока мы с Джоном отправились в агентство.
— Интересно, а не мог ли Саймон намеренно столкнуться со мной, чтобы потом завести разговор?
— Возможно, и намеренно, — предполагает Терренс. — Я не удивлюсь, если это было так.
— Ему ведь нужен был повод, чтобы заговорить со мной. Подобраться ко мне поближе.
— А поскольку я всегда брал его с собой на съемки и позволял ему наблюдать за происходящим, то Саймон этим
— Он правда слышал и видел, как мы с тобой ругались?
— Не исключено. Рингер мог где-нибудь спрятаться и наблюдать за тем, как мы собачились.
— Этот гад явно знал, что делать, решив встретиться с главным редактором какого-то журнала и заплатить ему, чтобы тот отдал приказ опубликовать все те унизительные заметки про меня.
— Да, ему явно было выгодно, чтобы ты обвинила во всем меня. И был уверен, что ты обязательно заявишь об этом всему миру.
— Да уж… — Ракель устало вздыхает. — И обидно, что все в это
— А он только и был рад! — восклицает Терренс. — Ведь как я понимаю, Рингер не остановился и продолжил подкармливать того редактора, чтобы он и дальше публиковал те статьи.
— Удивительно, что он так легко признался тебе в том, что сделал.
