3. Эффект будет тем сильнее, чем шире ваши вкусы, милые программисты.
4. Консервам необходимо как следует настояться. Вскрывать упаковку можно только по прошествии нескольких лет.
Чтобы натолкнуть вас на приемлемые решения, предлагаем разработанный нами вариант консервации трёх лет жизни:
Музыка: органные произведения раннего барокко (Букстехуде, Пахельбель, Пёрселл)
Напиток, закусь: кефир, сладкое печенье
Запах: Eternity (Calvin Klein)
Музыка: русский рок (Аукцыон, Аквариум, Алиса)
Напиток, закусь: красное сухое вино, шоколад
Запах: Drakkar Noir (Guy Laroche)
Музыка: рутс-регги (Burning Spear, Culture, Боб Марли)
Напиток, закусь: зелёный чай, фрукты
Запах: Fahrenheit (Christian Dior)
Музыка: кул джаз (Чит Бейкер, Дейв Брубек, Пол Дезмонд)
Напиток, закусь: водка, соления
Запах: Opium pour homme (Yves Saint Laurent)
Музыка: эмбиент (36, Biosphere, Boards of Canada)
Напиток, закусь: шампанское, болгарский перец
Запах: Egoist (Chanel)
Музыка: гpайндкоp (Cannibal Corpse, Carcass, Cephalic Carnage)
Напиток, закусь: компот, твёрдые сорта сыров
Запах: Zen Men (Shiseido)
Внятно ли мы раскрыли идею консервирования? Пожалуйста, задавайте вопросы.
— Папочка, расскажи нам о самом мудром человеке!
— Разве я вам не рассказывал?
— Да, но мы уже забыли!
Тогда папа звал маму, и они совещались, какие витамины давать нам для развития памяти. Рыбий жир? Черника? Шалфей? На каждое предложение мы радостно поддакивали, и каждый хотел быть первым: мне! мне! Массаж нёба и полоскания? Болезненные наказания? Принудительные медитации? Но как бы далеко не заводила папу с мамой фантазия, они неизменно предпочитали прочим средствам йод. Значительно глядя друг на друга, они говорили:
— Йод. Йод.
Мы усаживались на табуреты в ряд и выпрямляли спины. Папа строго следил, чтобы мы не хихикали, а мама шла за йодом и тампонами. Йодом полагалось мазать виски, он впитывался через поры прямо в мозг и стимулировал память. У Хулио волосы росли слишком низко, и папе приходилось подбривать ему вокруг висков. После процедуры мы сидели неподвижно десять минут, а папа рассказывал о самом мудром человеке.
— Жил-был один человек, который всю жизнь проводил в напряжённых размышлениях, рассуждениях и раздумьях. И вот как-то раз в конце жизни он вдруг почувствовал, что всё, о чём бы он ни подумал, стало наконец простым и ясным, будто осветилось солнцем. Он достиг необыкновенной мудрости и понял абсолютно всё. И ему захотелось применить свою мудрость на практике, чтобы стало счастье. Но за какую проблему взяться, какой вопрос решить? В волнении человек вышел из дома и пошёл по улице. На улице гуляли люди, покачивались деревья, плыли облака. Он видел, как лениво вылизываются кошки, как улыбаются друг другу дворники, как дети прыгают на одной ноге. А мудрость всё возрастала, всё набухала в нём, и требовала выхода. Он зачем-то зашёл в гастроном и пошёл меж рядов, и услышал, как колеблется парень у холодильника, спрашивая себя: молоко или кефир? И обернулся человек к парню, и блеснул глазами, и изрёк громко, вложив в слово всю свою невероятную мудрость:
— Кефир.
И вспыхнуло ослепительно, и засияло, и качнулся мир, и все, кто был в тот миг в гастрономе, обрели просветление. И стало счастье. Вот такой, детки, был он, самый мудрый человек.
«Когда всё вокруг кажется серым, наскучившим, тошным,
я говорю себе: я живу, я живой
И всё расцветает.»
Лето. Тишь и безветрие. Лежишь в гамаке, в древесной тени, ленишься. Жара с самого утра, а к полудню предметы начинают плавиться и плыть. Веки внутри ярко-красны.
Где-то далеко лает собака, медленно, очень медленно. Тоненько скрипит ветка под петлёй гамака. Пролетают мушки. Садятся тебе на распаренное плечо, трут лапки.
С мушкой можно подружиться. Привет, мушенька, — говоришь толстыми от жары губами. Смотрит на тебя решительными зелёными глазами. Мушенька, а мушенька? Принеси мне холодной водички да воооооон то яблочко, с красным бочком? Мушка добренькая — слушается, приносит. И улетает стремительно по своим делам.
Паучки, кузнечики, нежные берёзовые гусенички — мои милые друзья.
