Видимо, Ольга Дмитриевна понимала, что земля горит у нее под ногами. Скорее всего, из Балахова она отправилась прямиком сюда, в «Фортуну». Забрала драгоценности и растворилась в воздухе.
Честно говоря, я понятия не имею, что теперь делать. Где искать старушку? Или, может быть, плюнуть на всю эту крысиную возню, которая меня порядком достала? Ведь мы все просто чудом остались в живых – и Альберт, и Коля. И я.
И пусть риск – неизбежная часть моей работы, это вовсе не значит, что я готова рисковать головой попусту.
Все, решено! Больше я не вспоминаю о бриллиантах Козыря. Выбрасываю из головы старушку Филаткину. И живу долго и счастливо. Отличный план!
– Все, господа! – весело сказала я, закрывая тайник. – Финита ля комедия!
Посмотрела на Николая и перевела:
– Представление окончено. Давайте, мальчики, по домам. Ночь была длинная.
– Да вы чего? – возмутился Муромцев. – Вы чего, так все и бросите? На полдороге, да? Этой старой лярве все так с рук и сойдет?
– Уже сошло, – я пожала плечами. – Лично я понятия не имею, где искать нашу общую подругу. А вы?
Николай исподлобья смотрел на нас с Альбертом, и глаза его наливались красным – как у быка при виде матадора с мулетой.
– Ольга Дмитриевна не такая дурочка, чтобы ждать нас там, где ее можно вычислить – типа, в своей квартире. Она наверняка убралась из города. А у меня нет ни малейшего желания ее ловить. Кто хочет гоняться за старушкой-миллионершей по всему миру – флаг вам в руки. Ведь у Ольги Дмитриевны теперь столько денег, что ей будут рады в любой стране мира. Хоть в Монако, хоть в Швейцарии.
Филаткиной не привыкать – перекрасит волосы, сменит имя, и вот перед нами уже добропорядочная хрупкая фрау Мюллер… ну, или как-нибудь еще назовется. Старушка опередила нас на целую ночь. Этого времени вполне достаточно.
– Значит, все это время камушки были тут, – упрямо гнул свое Николай, видимо, не в силах смириться с очевидным поражением. – Лежали себе смирно в тайнике прямо в баньке. А мы и не знали!
Коля тяжело вдохнул.
– А вы и не знали, – кивнула я. – Потому что как только узнали бы, и ты, Коля, и супруга твоя взялись бы за Ольгу Дмитриевну не хуже Монгола со товарищи. Уж прости, что я так про твою жену, о мертвых плохо не говорят, но ведь это правда.
Муромцев даже не стал спорить. Помотал головой, развел руками и растерянно, как ребенок, спросил:
– А мне чего теперь делать-то?
Мы с Альбертом переглянулись.
– Не знаю, Коля, – честно ответила я. – Но думаю, перво-наперво тебе надо вернуться домой. Заявить об убийстве Зои Константиновны и похоронить ее по-человечески.
Я тряхнула головой, отгоняя призрак Зои Муромцевой.
– Да как я объясню-то? – с тоской спросил мужик.
– Вот это, Коля, тебе предстоит продумать. Расскажешь участковому, что к вам в дом ворвались бандиты. Распишешь в красках, как держали вас в заложниках. Искали кого-то, кого вы не знаете. Застрелили Зою, которая пыталась убежать. Да что я тебя врать-то учу? Ты же в этом деле и сам профессор, – горько усмехнулась я.
Муромцев в последний раз окинул взглядом пустой тайник и в сердцах махнул рукой:
– Э-эх, судьба моя несчастливая! Пропади все пропадом! И чего мне так не везет-то? У Козыря пять лет баранку крутил – ни копейки не нажил, так, мелочишку кой-какую. Бабу хорошую встретил – и ту застрелили. И чего мне так не везет?
– Нет, Коля. Ты очень везучий! – возразила я. – Ну посмотри сам – банду Козыря повязали, кого застрелили, кого посадили, большие срока дали. А ты все это время на свободе прожил, под крылышком у жены. И тебя сегодня убить могли – но ведь не убили же. Так что не гневи судьбу, Николай. Иди себе. И забудь ты про эти камушки! Никому от них ничего хорошего.
Муромцев еще колебался. Поэтому я применила аргумент, который придерживала до последнего.
– Имей в виду, Николай, где-то по Тарасову гуляют два твоих бывших кореша – Монгол и этот… Вадим Михайлович.
– А, да. Он у Козыря типа бухгалтера был, – пояснил Муромцев, – а Монгол по охране специалист. Типа, по устранению, – и Коля виновато покосился на меня.
– Ну вот. Так что они будут рады с тобой повидаться. Ты, конечно, имеешь при себе динамит. Но и они не с пустыми руками ходят. Так что решай сам.
– Ладно. Поеду я, – заторопился Николай. – Только вы мне это… отдайте, чего нашли-то. Вам без надобности, а мне деньги нужны.
Я подивилась жадности, которая перебивает даже инстинкт самосохранения, но все же отдала Муромцеву крохотный бриллиант, найденный в тайнике. На вещдок эта штука не тянула, а Коле утешение. Все-таки человек жену потерял. И все надежды на быстрое и внезапное обогащение – те, что лелеял двенадцать лет.
Я на всякий случай не стала уточнять, какие у браконьера планы на ближайшее будущее. Сам разберется, не маленький.
Коля тяжело вздохнул и исчез в темноте коридора. Мы с Альбертом остались в пустом помещении с кирпичными стенами, покрытыми выбоинами от пуль. Видимо, новые хозяева сауны не стали утруждать себя ремонтом комнаты, в которую никто не ходит, кроме уборщицы.
