«За время своего существования, — писал С. Г. Кара-Мурза, — Обществом издано с десяток библиофильских книжек, прекрасно оформленных с внешней стороны. Своим изяществом эти издания всецело обязаны трудам и вкусу Давида Самойловича».
Из числа этих изданий РОДК следует сказать об уже мимоходом упоминавшейся газете «Наша пятница». Ей был дан № 365 не случайно: заседания Общества происходили именно по пятницам, и пятница 15 ноября 1928 г. была как раз 365-я по счету. «Газета» пародирует во всем настоящие повременные издания, но юмористический материал для передовой статьи, фельетона, телеграмм, хроники, карикатур, стихов, объявлений и пр. целиком взят из жизни РОДК. Не все в «Нашей пятнице» по-настоящему остроумно. Кое-что, и даже довольно много, в ней натянуто, рассчитано на «домашнего», снисходительного читателя. Вот хотя бы обозначение цены — «бесценная» или подзаголовок: «Год издания пошел девятый. Содержание юмористично, время выхода эпизодично. Остроты ударные, сотрудники шикарные. По уклону — занятная, по цене — бесплатная». Забавны «портреты» П. Д. Эттингера и И. В. Калашникова, из которых первый закрыл лицо левой рукой, а второй изображен со стороны затылка. Многое без комментария в «Нашей пятнице» непонятно современному читателю, а лиц, которые могли бы комментировать некоторые намеки, осталось совсем мало. «Наша пятница» была издана в количестве 100 экземпляров, из которых — верх библиофильского гурманства! — несколько напечатаны на розовой, зеленой и голубой бумаге.
Д. С. Айзенштадт сделал в РОДК всего четыре доклада, из которых по теме два особенно интересны: «О каллиграфии в практике русской книги» и «О том, что не поступает в продажу». Доклады эти не были опубликованы, и в печатных материалах о РОДК не сохранилось сведений о их содержании. Здесь приходится вообще пожалеть, что, в отличие от Ленинградского общества библиофилов, РОДК после 1924 г. не публиковал в печати кратких изложении прочитанных докладов и сообщений.
Умер Д. С. Айзенштадт в Москве 6 ноября 1947 г. Вскоре после его смерти друзья покойного задумали издать сборник «Венок памяти Д. С. Айзенштадта». К сожалению, сборник этот не вышел в свет, и только часть материалов сохранилась у наследников.
Активнейшим членом РОДК, одним из его организаторов и вдохновителей, его поэтическим летописцем и художественным теоретиком был А.А. Сидоров, если не последний, то во всяком случае, один из немногих ныне здравствующих «могикан» этой библиофильской организации.
Алексей Алексеевич Сидоров родился 1 (13) июня 1891 г. в с. Николаевка, Курской губернии, в 1913 г. окончил Московский университет по отделению истории искусства и археологии. После командировки в Италию, Австрию и Германию для продолжения специального образования, А. А. Сидоров был оставлен при Московском университете по кафедре истории и теории искусств для подготовки к профессорской деятельности. Еще на студенческой скамье, в 1912 г. он выступил в «непериодическом издании» «Труды и дни» со статьей «В защиту книги», направленной против статьи немецкого поэта Рихарда Демеля «Книга и читатель», которая в переводе А. А. Сидорова была напечатана в том же номере сборника.
С 1912 г. А. А. Сидоров регулярно печатается в изданиях по истории и теории искусства, преимущественно истории книги и гравюры. С 1916 г. был профессором Московского университета, Архитектурного и Полиграфического институтов. В декабре 1946 г. он был избран членом-корреспондентом Академии наук СССР по отделению истории.
В воспоминаниях о РОДК С. Г. Кара-Мурза писал: «Приятное знакомство дала мне встреча с А. А. Сидоровым, искусствоведом, собирателем, критиком и эстетом. Это был молодой человек лет 30. Был профессором Московского университета, заведующим Гравюрным кабинетом Музея изящных искусств, ученым секретарем Государственной Академии художественных наук».
«Ученый необычайно разнообразных знаний и огромного неутомимого интереса ко всем родам и видам искусства, — продолжал С. Г. Кара-Мурза, — Сидоров напоминал мне Райского из гончаровского „Обрыва“: он рисовал, гравировал, писал стихи, читал лекции и доклады, коллекционировал картины, гравюры, офорты, экслибрисы, книги и любил их почти плотскою, чувственной любовью». И далее, в подтверждение своей мысли, автор воспоминаний приводит отрывок из стихотворения А. А. Сидорова «Похвала экслибрису», к которому мы еще обратимся в дальнейшем. Здесь же мы должны решительно возразить против сравнения серьезного ученого с блестящим дилетантом, так ничем кроме дилетанта не ставшим.
В упоминавшейся уже неоднократно «Нашей пятнице», «газете» РОДК, была помещена «Викторина-уродка»; один из вопросов ее был сформулирован так: «Какому искусству не отдал дани профессор Сидоров?»
