– Подумаешь, петля! – произнёс он, стараясь говорить спокойно. – Это она нас так пугает! Пускай пугает – мы ведь не испугаемся, правда?
Впрочем, дрожащий голос его выдавал обратное.
Они медленно прошли мимо мерно покачивающейся петли… потом Олег, вытащив из кармана куртки фонарик, посветил за печку. Ожидая, что вот тут-то и произойдёт нечто страшное, Настя сжалась в комок… но и за печкой кроме пыли и паутины не было ничего. И никого.
– Ничего не понимаю! – пробормотал Олег вполголоса. – Он ведь вошёл сюда, я сам видел! – Олег повернулся к Насте. – Вошёл ведь, да?
Настя кивнула почти машинально, ничего уже не соображая от страха. Единственное, чего она желала теперь – выбраться из проклятого этого жилища, поскорее бежать отсюда! Ну что же Олег так медлит, видно же, что никого здесь нет!
– Смотри! – оживлённо воскликнул Олег, указывая рукой на стол. – Этого его мобильник!
Настя обернулась.
На столе и в самом деле лежал сотовый телефон… и Настя вдруг поняла то, чего она всё никак не могла толком уразуметь: каким это образом Ксюша, а потом и сама ведьма смогли разговаривать с ней по телефону вчера после обеда.
– Он где-то здесь! – прошептал Олег, настороженно озираясь по сторонам. – Он только прячется почему-то…
«Они оба прячутся! – захотелось выкрикнуть вдруг Насте. – Они прячутся и выжидают… и им уже надоело выжидать… почти надоело!»
Но Настя так ничегошеньки и не выкрикнула… она лишь судорожно вздохнула, вернее, выдохнула.
– Смотри! – сказал Олег, наклоняясь. – Что это? Погреб?
В полу была небольшая квадратная дверка с металлическим кольцом.
– Надо посмотреть!
«Не надо!» – вновь захотелось выкрикнуть Насте… и вновь она промолчала.
А Олег уже, осторожно просунув палец в кольцо, потянул на себя дверку. Открылось тёмное, тоже квадратное отверстие…
– Может они там?
Олег снова включил фонарик, направил его луч прямо в чёрное это отверстие. Почти уверенная в том, что сейчас-то и произойдёт нечто ужасное, Настя поспешно сделала несколько шагов назад.
– Да это просто погребок какой-то! – разочарованно произнёс Олег… опустившись на колени и наклонив низко голову, он шарил лучом фонарика по внутренностям этого погребка. – Ящики разломанные… – бормотал он вполголоса, – банки пустые стеклянные… а там тряпьё, что ли?
– Пошли отсюда! – не выдержав, взмолилась Настя… дрожащие губы плохо слушались её. – Правда, пошли!
– Подожди! Там что-то есть… дверка какая-то… – Олег лёг на живот… он даже голову засунул в отверстие. – Интересно, что это за дверка такая, куда она вывести может, как думаешь?
Настя никак не думала. Охваченная животным каким-то ужасом, она, ничего уже почти не соображая, попятилась ещё дальше от страшного этого отверстия и вдруг чьи-то холодные, ледяные даже пальцы коснулись её шеи.
С истошным воплем Настя отпрянула в сторону, одновременно обернувшись назад. Неизвестно кого ожидала она там увидеть, но не увидела ровным счётом никого…
– Ты чего? – подняв голову, Олег с тревогой уставился в перекошенное от только что пережитого лицо Насти. – Увидела что?
– Не знаю! – Настя осторожно дотронулась кончиками пальцев до онемевшей шеи. – Пошли, а?!
– Подожди! – Олег снова наклонился над отверстием. – Там дверка какая-то интересная…
Позади Насти вдруг послышался слабый шорох и, обернувшись, она едва снова не заорала благим матом: прямо перед ней, держа в руке старый обшарпанный табурет, стоял тот самый парень, Виталий, кажется…
– Т-с-с! – произнёс он шёпотом, опуская табурет на пол прямо под качающейся петлёй… потом он пристально взглянул на окаменевшую от ужаса Настю и сделал приглашающий жест. – Прошу!
– Что? – пролепетала Настя, не в силах ни закричать, ни даже пошевелиться.
– Прошу! – повторил парень… потом на губах его появилась странная какая-то улыбка, виноватая, что ли… – Я тебе покажу, как это делается! – добавил он, становясь на табурет и засовывая голову в петлю. – Это очень просто!
– Нет! – снова пролепетала Настя прыгающими непослушными губами. – Не надо! Пожалуйста, не надо!
– Ты с кем разговариваешь? – Олег приподнял голову. – Виталик! – что есть силы закричал он. – Виталик, ты что!
Но тот вдруг с силой оттолкнул ногой табурет и обмякшее тело его, потеряв опору, повисло в воздухе, беспомощно изгибаясь и дёргаясь в предсмертных конвульсиях.
И лишь теперь Настя отчаянно закричала, а Олег, тоже вскрикнув словно от невыносимой боли, бросился туда, к другу…
– Виталик! – обхватив обеими руками ноги висельника, Олег, багровея от натуги, приподнял их вверх, стараясь максимально ослабить сдавливающую силу петли. – Держись, Виталька, держись! – бормотал он вполголоса. – Сейчас мы тебе поможем, сейчас мы… – Олег повернул голову в сторону неподвижно застывшей Насти. – Ну чего ты стоишь как истукан! – бешено заорал он, вращая налитыми кровью белками глаз. – Петлю с шеи снять помоги! Живо!