Небогато представлена швейцарская литература XVII в. прозаическими произведениями. Здесь можно отметить лишь появившуюся в 1658 г. сатиру «Гевтелия» (анаграмма от «Гельвеция»). В ней повествуется о том, как ученый из Пфальца, не выдержав тягот жизни на немецкой земле, решает отправиться в «свободную и мирную» Швейцарию. Разговоры ученого со своими спутниками и со швейцарцами и составляют содержание книги.
«Гевтелия» появилась анонимно. Автора с уверенностью установить невозможно, хотя, вернее всего, им был Якоб Грависсет (1598—1658), эмигрировавший в Берн из Пфальца. Книга вышла в год его смерти. В Берне ее восприняли как памфлет, сразу же запретили и стали разыскивать автора, чтобы предать его суду. Розыски, однако, ни к чему не привели. Проблема авторства «Гевтелии» продолжает оставаться открытой и в наши дни, хотя причастность к ней Я. Грависсета — в качестве соавтора или переводчика — вряд ли может вызвать сомнения.
В «Гевтелии» были осмеяны прогнившая юриспруденция, жадность, взяточничество, коррупция, процветавшие в государственных учреждениях и среди ландфогтов, роскошь патрицианства и убожество так называемых «подвластных» кантонов, духовное оцепенение конфедератов, плохое воспитание молодежи, нетерпимость и догматизм церкви, причем как протестантской, так и католической, разгул суеверия, охота за «ведьмами», короче, вся жизнь тогдашней Швейцарии сверху донизу. Острая наблюдательность, энциклопедизм знаний, склонность к латинским терминам, зависимость как от традиций античности и Возрождения, так и от барочной сатиры, внимание к детали, иногда пикантной, чувство юмора — все это выдает в авторе «Гевтелии» человека всесторонне образованного, хорошо знавшего швейцарскую жизнь. Хотя он и критиковал гельветские порядки с позиций аристократа, все же для своего времени был человеком во всех отношениях передовым. Иезуитов считал врагами отечества, требовал реформы в области юриспруденции, устранения городских привилегий, утверждал необходимость унификации денег, мер веса, длины и т. д. Особенно резко отзывается он о Базеле (в книге этот город фигурирует под именем Зибилакополис; собственные имена в «Гевтелии» лишь слегка замаскированы, и их легко расшифровать).
Есть в Швейцарии XVII в. свой представитель и в области литературной критики — цюрихский священник Г. Хейдеггер (1666—1711), которого называли в свое время «швейцарским Свифтом». В истории литературы он прославился как противник широко распространившегося в конце столетия галантного романа. В своей работе «Беседы о так называемых романах» (1698) он обрушивается на авторов галантных романов, среди которых, впрочем, не было ни одного швейцарца. Хейдеггер осуждает галантный роман не с эстетической точки зрения, а с пуритански-ханжеских позиций протестантского священника. Он не критикует, а проклинает, предает анафеме; ненависть к галантному роману доходит у Хейдеггера до фанатизма. Однако при всей ограниченности морализаторских критериев автора «Бесед...» его критические замечания в адрес галантного романа часто оказывались справедливыми. В известном смысле Хейдеггер явился предшественником Бодмера и Брейтингера (не случайно Бодмер издал в 1712 г. сборник критических статей Хейдеггера со своим предисловием).
XVII век начался отходом немецкоязычной Швейцарии от Германии и ее сближением с Францией. Но уже со второй половины столетия под влиянием событий в Европе стали раздаваться голоса, напоминавшие об опасностях, которые несет с собой для «свободных и гордых» швейцарцев альянс с абсолютистской Францией. Наиболее полно выразил антифранцузские настроения бернский аристократ Беат фон Муральт (1665—1749), первый швейцарец, близкий по духу деятелям Просвещения (о нем с уважением отзывались Вольтер и Руссо). Муральт был наемным офицером во Франции, некоторое время провел в Англии. Вернувшись в Берн, он сблизился с сектой пиетистов, преследуемой Советом города. Свои взгляды Муральт изложил в написанных на французском языке «Письмах об англичанах и французах» (1694—1695, опубликованы только в 1722 г.). В своем сочинении, созданном значительно раньше «Персидских писем» Монтескье и «Английских писем» Вольтера, Муральт задался целью провести сравнение между англичанами и французами. Он исследует все области жизни: политику, экономику, право, социальные классы, искусство, науку, религию и т. д. И везде в более выгодном свете предстают англичане. Предвосхищая Руссо, Муральт прославляет «естественного» человека, которого он находит в Англии и который напоминает ему древнего швейцарца, свободного от пороков цивилизации.
Полемические выпады Беата фон Муральта против Франции предвосхитили и в известной мере подготовили сатирические мотивы в творчестве другого бернского патриция, Альбрехта фон Галлера, знаменитого швейцарского ученого и писателя эпохи Просвещения.
*ГЛАВА 11.*
СКАНДИНАВСКИЕ ЛИТЕРАТУРЫ. (Мелетинский Е.М.)
ДАТСКАЯ, НОРВЕЖСКАЯ И ИСЛАНДСКАЯ ЛИТЕРАТУРЫ
