История в представлении людей того времени носила исключительно событийный характер. Поступки, деяния — вот что воспринималось как единственно достойное упоминания. С эпохи Великого переселения и до VII века главным действующим лицом на исторической арене были народы. В социальной элите видели, пожалуй, лишь некое украшение этого великолепного здания. Славные вожди, которым отдавалась дань уважения, действовали, учитывая интересы не только дружины, но и всего войска, состоявшего из свободных и полноправных соплеменников. Традиции военной демократии и неразвитость социальных и экономических отношений объективно делали участниками политической истории большие массы народа. Естественно, в этих условиях немыслимо было появление, скажем, истории правления Германариха или даже Хлодвига. Речь могла идти только об истории готов, франков и т.д.
С конца VII века в западноевропейском обществе намечается существенная социальная эволюция.
Развитие процессов феодализации и, в первую очередь, аграрный переворот, имели своим следствием не только перераспределение власти и земли среди разных социальных групп, но и привели к устранению от активного участия в политической жизни подавляющей массы населения раннесредневековых королевств. Политическая деятельность объективно становится достоянием исключительно социальной элиты. В историографии это нашло свое отражение в перемещении центра тяжести повествования на деяния отдельных лиц. В каролингскую эпоху исторический процесс в представлении современников персонифицируется. Крайним проявлением этой тенденции является появление биографий политических деятелей. Окончательно она оформляется только в IX столетии[686]. Однако сочинения Эйнхарда и т. н. Астронома выглядят, скорее, как исключение на широком фоне многочисленных биографий епископов и аббатов, в которые включается история того или иного епископства или монастыря, в то время, как агиография каролингского периода становится несравненно скуднее, чем в меровингские времена. В центре внимания находятся крупные деятели церкви: персонификация стала поистине всеохватывающей.
И еще одна особенность отличает каролингскую историографию от исторических произведений предшествующих столетий. Она приобретает ярко выраженную партийную окраску. Междоусобная борьба внуков Карла Великого, создание многочисленных коалиций подчас с полярными политическими интересами, наложили отпечаток на творчество авторов, относившихся к той или иной группировке. Подавляющее большинство хроник и анналов этого периода несет на себе подобную печать.
Кракий обзор произведений, помещенных в этой книге, хотелось бы начать с “Жизни Карла Великого” Эйнхарда. Дело не только в том, что она охватывает более ранний в хронологическом отношении период. Это небольшое по объему сочинение занимает особое место среди иных произведений каролингской литературы. Еще при жизни автора ему суждено было стать классическим и на многие века сделаться объектом пристального внимания, не иссякшего еще и в наши дни. Дело не только в личности великого императора, жизнь и деятельность которого были с такой любовью изложены Эйнхардом, но и в особенности самого произведения.
О детстве и отрочестве Эйнхарда нам известно немного. Он родился около 770 г. в Майнгау и больше отличался удивительными способностями, нежели знатностью рода[687]. Его родители упоминаются среди дарителей Фульдского монастыря. Туда же в возрасте 9 лет мальчик был послан для получения образования. Вскоре после 791 года аббат Баугольф отправил юношу ко двору Карла, который разыскивал талантливых людей во всех концах своего королевства[688]. При дворе Эйнхард быстро приобрел расположение короля и его окружения. Человек малый ростом, но великий умом[689], нардлюс[690] (уменьшительно-ласкательное от Einhardulus), трудолюбивый муравей[691] — такими эпитетами они награждали его. В придворной академии Эйнхарда звали Веселеил[692]. Подобно библейскому герою[693], он отличался в резьбе по камню, обработке дерева и работе по металлу. Так, в 807 году некоему Ангисию, аббату Сен-Жермен-де-Фле, были поручены в Аахене общественные работы под руководством Эйнхарда[694]. Аббат Фульды Ратгер послал к нему монаха Бруно, чтобы тот получил от него наставление в различных искусствах[695].
