Мужик плюхнулся на скамью, а зал загудел – одни требовали, чтобы выполнили условия мужичонки, другие яростно его материли, в трех местах вспыхнули небольшие потасовки, которые быстро погасили вышибала и кухонные мужики с дубинками.
Арина снова крикнула:
– Пусть будет так! Трактирщик, дайте кувшин самого крепкого вина! Пусть Олег выпьет и снова метает ножи! Я не боюсь этого! Он великий мастер ножей, и даже пьяным в дым может попасть в муху, сидящую на щите! Но после этого – развязывайте свои кошельки, не жалейте! Только ради вас – невероятно смертельный номер! Пей, Олег! – Через зрителей передали в руки девушки вино, и Арина подала Владу кувшин, объемом не менее литра. Затем сбросив на руки Марки плащ, снова отошла к щиту, приняв прежнюю позу морской звезды.
Глаза ее были серьезны, и когда она проходила мимо, шепнула:
– Не бойся, зацепи меня в подмышке – немного крови не помешает. На мне заживает как на собаке, не беспокойся. Зато денег заработаем…
Влад поднес к губам кувшин, начал пить, и чуть не задохнулся – их стройная система, похоже, дала сбой, или же трактирщик, свинья, поставил на попадание в Арину – вместо легкого вина, в кувшине было крепчайшее шестидесятиградусное пойло, вкусом напоминающее ямайский ром.
Влад не перестал пить, и уже допил практически до конца, когда на него налетел один из зрителей и вырвал кувшин, с криком:
– Я сейчас проверю – может, это вода какая-нибудь?! – Он отхлебнул жидкости со дна кувшина и закашлялся. – Это же «Южная ночь»! Она горит, как факел! После кувшина такого пойла, он не то что метать, помочиться сам не сможет без посторонней помощи! Гляньте! Пробуйте! – Недоверчивый зритель передал кувшин по рядам, и люди стали отхлебывать вино. Они начинали кашлять и крутить головами, рассуждая: сможет, или все-таки не сможет?
Ручеек желающих поставить на проигрыш или выигрыш превратился в бурный поток, а к Владу подошла Марка и с тревогой спросила:
– Что, и правда «Южная ночь»? Как так оказалось, я ведь сама разбавляла легкое виноградное водой! Или врут?
– Не врут, – помотал головой маг. – Скорее всего, подменили, пока передавали Арине. Или трактирщик, или кто-то из гостей поставили крупную сумму на то, что я засажу ей нож в живот. Не бойся, ставьте кругленькую сумму на меня – мы выиграем, как и планировали.
– Да как же мы выиграем?! Ты же на ногах не стоишь! Мне не хватало еще потерять сестру из-за каких-то дурацких металлических кружков! Денег-то мы еще заработаем, а вот сестру я новую не куплю! Я останавливаю это дурацкое дело!
– Не дергайся! Я совсем не пьян, притворяюсь! – процедил Влад сквозь зубы и пошатнулся, изображая мертвецки пьяного человека. – Скажем так – я очень крепок на алкоголь и практически не пьянею. Зато теперь они точно уверены, что я не то что ножом – рукой в карман не попаду. Подводи меня к месту и иди делать ставки. Арине ничего не говори, чтобы не волновалась. Все в порядке!
– Ну, смотри, если ты засадишь в нее нож – я сама тебя убью! – серьезно пообещала Марка и ушла, покачивая бедрами. Через несколько секунд она уже затерялась в толпе зрителей, и Влад был уверен, что сейчас кто-то из неприметных человечков побежит делать ставку от ее имени.
Арина спокойно смотрела на Влада, покачивающегося на «огневом рубеже», и не подавала признаков волнения – ее высокая упругая грудь незаметно поднималась в дыхании, что можно было увидеть только острым взглядом. Издалека казалось, будто у щита замерла прекрасная золотая статуя, до мельчайших подробностей имитирующая человека.
Наконец шум стих. В этот раз трактирщик не стал кричать, что ставки сделаны – как-то стыдно, видимо, признаваться, что принимал ставки на то, попадет ли метатель спьяну ножом в сердце девушки, или нет. В любом случае ставки были сделаны, назад дороги нет.
Арина медленно подняла руки в стороны, кивнула метателю, и застыла, глядя прямо перед собой.
Влад покачнулся, и чуть не упал, до тонкостей изображая пьяного. Он ожидал, что кто-нибудь сейчас, прокричит: «Остановитесь, что вы делаете? Он же сейчас ее убьет!» – но нет. Не прозвучало ни звука, и искоса глядя на возбужденные лица зрителей, ничего кроме нетерпеливого ожидания и похоти он не почувствовал.
Взяв нож в руку, он опять покачнулся, замахнулся… и потерял равновесие, упав на скамью. Подбежавшая Марка его подняла и стала придерживать сзади, подпирая плечом, как шатающуюся стену. Влад опять замахнулся, и нож, ласточкой вылетев у него из руки, воткнулся точно рядом с промежностью Арины, не шевелясь смотревшей вперед. Второй нож выше головы, третий, четвертый… пятый нож рассек кожу в подмышке Арины, и по ее гладкому боку скатились капельки крови.
Это было очень красиво: красные капли, похожие на брусничины, катились по золотому боку «статуи», потом по бедру и, падая на некрашеный пол, впитывались в иссохшее дерево.
