– Иткар, кажется, я начинаю понимать тебя. Нужен снайперский выстрел – необходимо попасть в ребро чаши-впадины, а центр впадины – сам о себе голос подаст. И только после этого, выходит, все для тебя может проясниться. Хорошо, а теперь растолкуй мне про грязевые вулканы. Что это за «зверь» в наших юганских болотах?
– У нас в стране грязевые вулканы встречаются в основном на Таманском, Керченском полуостровах. Есть такие вулканы в Румынии, Америке, Бирме. Бывает, что вместе с грязью и подземной водой выплескивается нефть. А в Азербайджане наблюдаются очень даже сильные грязенефтяные вулканы. Возможно, все они приурочены к каким-то разрывам в коре. И вот по этим «расколам» нефть с водой выходит на дневную поверхность. – Пояснив все это, Иткар взял спички, лежащие на скамейке, прикурил сигарету.
– Слушай, Иткар, может быть, ты и прав: нужно как можно скорее закладывать поисковую скважину на Черной Стреле – это даст государству миллионы рублей экономии. Цель будет достигнута наиболее коротким путем – «выстрелом» в ребро Нюрольской Чаши. Ну а если вдруг скважина в этом районе окажется холостой, что тогда? Убытки великие, на чей горб они спишутся?
– Нефть есть там. И нефть, Петр, большая, палеозойская! – ответил Иткар и, посмотрев на часы, сказал: – Должен ко мне подойти Саша Гулов. Начали его «сватать» в райком на работу…
Петр сидел молча и смотрел на парящего коршуна, как тот закладывал плавные виражи, развороты, набирал высоту в восходящих потоках, И вдруг на душе у него заныло: туда бы, в небо, от всех забот земных. Мысленно Петр уже был с Иткаром на берегу Черной Стрелы, Как журналист, как абориген вас-юганской земли, чувствовал давно уже, что именно там, на Нюрольской впадине, должно произойти то, о чем мечтал не один он долгие годы. Большая нефть! Она – как сказочная Зарни-Ань, Золотая Женщина, утерянная когда-то в далекой тундре зырянскими жрецами или схороненная ими в тайник. Ищут Зарни-Ань археологи, записывают о ней предания и легенды этнографы.
Петр предложил Иткару связаться с редактором районной газеты Горадаевым, который прилетел в Кайтёс по заданию секретаря райкома Лучова. Газете нужна статья «Юганский палеозой».
Выслушав такое предложение, Иткар ответил, что писать такую статью ему трудновато, а вот рассказать может многое.
– Выкладывай, послушаю, – попросил Петр, – Попробую помочь редактору районки.
– Понимаешь, Петр, в пятьдесят третьем году было постановление Тюменского обкома «Об организации массового геологического похода в области за полезными ископаемыми». Ты чувствуешь, что это был за «пирог с изюмом»? Для того чтобы ускорить открытия полезных ископаемых, Тюменский обком принял мудрое решение: привлечь все население области к активным поискам – и постановил: для руководства «геологическим походом» утвердить комиссию, в которую вошли заведующий промышленным отделом обкома, главный геолог управления… Короче говоря, возглавили этот «геологический поход» около двадцати видных областных работников. Началось тогда на Тюменской земле удивительное, какое-то необыкновенное патриотическое движение.
– Так-так, улавливаю. Вот за это скажет тебе спасибо не только редактор районки, но и поклон земной отвесит областная газета. Выходит, есть у кого мудрости поучиться. И неплохо бы у нас в районе объявить «геологический поход».
– Нужно ли объявлять «геологический поход» – это судить и решать райкому. А вот что касается последних печальных событий, о которых мы с тобой узнали от Григория Тарханова, то тут надо действительно объявлять «археологический поход» по борьбе с бугровщиками-грабителями, а также по выявлению древних памятников и принятию мер по их охране.
– Великолепно! Черт побери, хоть сам берись и пиши… Совместить два похода: нефть и археология…
– Петр, если сказать честно, то в нашем районе уже начался «геологический поход». Начал этот поход хант Бояр Тунгир. Передай Горадаеву, чтобы он об этом не забыл, когда будет готовить статью.
– Непременно передам! – обрадованно сказал Петр. – Но только пальму первенства «геологического похода» положено выдать не Тунгиру, а Югане. За ее живое, правдивое предание о Мертвом озере.
– Правильно, – согласился Иткар, – с этого и начинайте свою статью «Юганский палеозой».
Родовой дом Князевых большой: нижний этаж выложен из кирпича был когда-то, а затем надстроен второй этаж из толстых кедровых бревен, рубленных в обло. Дому этому поболее ста лет, и строился он что крепость, на долгие годы, в память потомкам. Просторный кабинет Иткара расположен в нижнем этаже в угловой комнате, окнами в улицу. Во второй половине дома живет дядя Иткара – Громол Михайлович с женой Анной Владимировной.
– Иткар! – крикнул кто-то негромко под окном.
Неторопливо поднялся Иткар со стула, подошел к окну, посмотрел. К дому подъехал Перун Владимирович. Под ним был гнедой оседланный жеребец.
– Сейчас, Перун Владимирович! Подожди немного. Я тоже оседлаю своего бегунца. Он у меня сегодня овсом подпитался, а чтобы лучше к дому привык, я его второй день сахарком подкармливаю.
