Карыш, Орлан и Таян сидели рядом с Юганой на берегу, около небольшого костра. В огне горели стружки и сухой плавник, подобранный под яром у старого приплеска. Ребята только что на этом костре коптили лопасти новых весел жирным, смолистым дымом от бересты. Делалось это для крепости и чтобы воду не впитывали новые весла. Как и обычно, Югана внимательно, но ненавязчиво наблюдала за ребятами и их работой. Не упускала она случая похвалить мальчишек за смекалку и мастерство. Весла действительно парни сделали очень красивыми: с резными муличками, навершием, ребрами жесткости, «прожилинами» и конец каждой лопасти весла выгнут наподобие носка широкой промысловой лыжины.
Сейчас время отдыха. Про Ургека никто не вспоминает, словом не обмолвится, и мысленно даже стараются не думать о нем. Тревожные думы, заботы и вздохи об ушедшем охотнике могут сильно повредить промысловику в добыче крупного зверя.
– Было маленько темно. Охотники отдыхали у огня, после ужина. Они были сыты, вкусно поели жирной еды из оленьего мяса, – продолжала рассказывать Югана. Она держала в руке черемуховую палочку, служащую специально для помешивания огня, смотрела на языки пламени. Пожирал огонь стружки, сколы, щепки – остатки при обработке весел. – Один парень вырезал из сухого дягиля дудку, лег на спину и начал играть, а сам смотрел в небо, на звезды. Песня была нежная и красивая – в ней говорилось о жизни небесных женщин, которые блаженствовали в серебряных чумах на луне. Даже щуки и окуни высовывали головы из воды, чтобы послушать игру на дудке. Второй молодой охотник смастерил кедровое корытце, балалайку, натянул один ряд из волосяных струн, другой – из спинных сухожилий лося. И под звонкие струны начал петь олонхо. Третий, их товарищ, был молодой вождь, ученик великого шамана Шолейула, и умел видеть в темноте, слышать в воде язык рыб. Его звали Кый. Он ничего не делал у костра, а лишь слушал песню и музыку своих товарищей. И вдруг Кый увидел, как к их костру подошли две молодые девушки, дочери Духа Тайги. Девушки были очень красивые и совсем голые. Дочерей Духа Тайги мог видеть один Кый. Его товарищи ничего не видели и не знали. Они все так же пели и играли, каждый – на своем музыкальном инструменте. Кый снял с себя замшевую рубаху и отдал девушке, которая была поближе к нему. Вторая посмотрела на Кыя и попросила:
– Мне, юный мужчина, не нужна твоя одежда. Пусть Кый возьмет в руки мои груди.
Взял Кый да и послушался, исполнил просьбу девушки. Когда он сделал это, то испугался: потерял силу шамана и гордость молодого вождя. Свои руки не мог уже Кый оторвать от груди красавицы, дочери великого Духа Тайги. И дальше просит девушка, дочь хозяина тайги и всех диких урманов, чтобы Кый прислонил свои губы к ее губам.
– А то мне совсем холодно у костра людей. Пусть кровь и дыхание молодого вождя согреют, оживят меня.
Сделал и это Кый, как просила его девушка…
Югана прервала рассказ, помешала палочкой угли, достала из замшевого мешочка кисет, набила трубку табаком и закурила. Она не торопилась рассказывать. Сегодня некуда спешить.
– Такую легенду ты еще не рассказывала нам, Югана, – сказал Орлан.
– А что было дальше с Кыем? – спросил нетерпеливо Карыш.
– Хо, дальше совсем плохо получилось… Раз Кый губами прильнул к губам молодой красавицы, то и попросила она его молящими глазами, чтобы Кый прижал ее к себе как можно крепче…
Ребята, помня обычай и запрет громко не смеяться, зажав рты руками, начали фыркать. Югана невозмутимо посматривала на ребят и улыбалась сдержанно, курила трубку.
– …Товарищи Кыя думали, что ему жарко, – выбив пепел из трубки, продолжала Югана.
Ребята уже отфыркались, протерли глаза, немного успокоились и ждали, о чем же дальше говорится в этом древнем сказании.
– Рассказывай, Югана, поподробнее, – попросил Таян.
– Друзья Кыя ни о чем не подозревали и продолжали играть на музыкальных инструментах. И вдруг, когда смолкли игра и песня, Кыя поднял кто-то невидимый и унес в темное небо ночи. Девушка, одетая в замшевую куртку молодого шамана, унесла сестру с прилипшим к ней Кыем к Духу Тайги, своему отцу. Все это было шибко давно, когда вместо болот юганских были великие и малые озера и по земле ходили боги-звери: мамонты, бизоны. Так стал Кый мужем Бур-Ани, Доброй Женщины тайги, любящей музыку и песни. С тех пор всегда, как только охотник, человек тайги, заиграет на дудке или «лебеди», гуслях, у вечернего костра, то обязательно к нему прилетают голая Бур-Ань и ее муж Кый. В благодарность за песни и музыку людей они посылают удачу охотникам, гонят на выстрел жирных лосей, оленей, дорогих соболей, голубых белок и других зверей, птиц, каких только попросит тот, кто умеет играть и петь.
