Он пододвинул к себе специальный бланк с вытисненной наверху надписью «министр иностранных дел Независимого государства Хорватия», и стал писать: «Дорогой посол Хидака, счастлив узнать о вашем интересе к природным красотам Хорватии, и особенно к Биоково и Макарска. Буду польщен, если вы соизволите посетить нашу страну в ближайшее время и насладиться зрелищем этих необычайных достопримечательностей. Со своей стороны готов сделать все для этого. Министр Младен Лоркович».
Иосип Броз Тито вышел из пещеры, в которой было оборудовано убежище на случай авианалетов и находился штаб партизанского движения, и сощурился, глядя на раскинувшийся под ногами белоснежный снег. Снег покрывал склоны горы, густые ели и крыши домов небольшого городка Фоча в самом сердце боснийских гор. Снег был повсюду, его было очень много, и все казалось похожим на настоящую зимнюю сказку.
Но Тито знал, что во многих местах снег припорошил запекшуюся кровь. И трупы товарищей, которые полегли во время перехода из Ужице в Фочу и которых не успели похоронить из-за бомбежек и непрерывных обстрелов. Он и сам дважды лишь чудом уцелел под бомбежками и порой слышал странный звон в ушах – сказывались последствия контузии.
Но все это не имело никакого значения. Они все-таки сделали это – вырвались из немецкого и итальянского окружения, отбились от четников, пусть и с отчаянными боями и невозможными потерями, но победили. Здесь, в Фоче, в 150 километрах от Ужице, снова возникла партизанская республика, защищенная высокими горными перевалами Боснии и почти непроходимыми дорогами. Здесь снова издавалась газета «Борба», благо удалось перевезти печатный станок из Ужице. Здесь базировалась Первая пролетарская бригада, созданная из наиболее преданных коммунистов в день рождения Сталина 21 декабря.
Единственное, чего не было – это военной помощи из СССР, сколько ни писал Тито в Москву… Но сейчас, когда советские войска только отогнали Гитлера от столицы и пытались отбросить его дальше, в СССР была на счету каждая винтовка, каждый патрон. И в ответ на все просьбы Тито об оружии Москва просила добывать пока оружие у врага и рационально использовать все наличное оружие.
Вдалеке послышался топот копыт, и Тито увидел всадника на лошади, за которым бежал охранник-партизан.
Пять минут спустя всадник спешился недалеко от входа в пещеру и, тяжело дыша, поднялся к Тито.
– Рад видеть тебя, Иван. – Иосип Броз Тито крепко обнял Ивана Краячича. – Как видишь, мы восстановили партизанскую республику. И даже подготовили аэродром для приема помощи из СССР. Правда, ее пока нет…
– Сам знаешь, Вальтер, какой сейчас момент в СССР – они только спаслись от подступающих орд Гитлера. И сорвали его чертов план блицкрига. Первый раз у швабов ничего не получилось, первый раз вышла осечка… А это дорогого стоит! – Он нагнулся к Тито. – Но мы тоже добились успеха – японский посол едет в Макарску. Должен прибыть через неделю.
От избытка эмоций Тито невольно присвистнул:
– Гениально! Сумеете захватить его живым?
– Будем стараться, хоть он и самурай. Надежных людей там достаточно. Сколько итальянцы ни прочесывали те места, они так и не смогли искоренить партизан. Это и не удивительно, ведь там везде горы – родной дом для партизан.
Тито вздохнул:
– Учти, перед приездом японца они еще раз прочешут это место. Особенно тщательно.
Краячич пожал плечами:
– Пусть стараются зря – накануне операции мы сами выведем всех людей оттуда. И введем обратно буквально за пару часов перед похищением Хидака.
Итальянский генерал Ренцо Далмаццо, командующий Шестым корпусом, действующим на территории провинции Спалато губернаторства Далмация, отсалютовал японскому послу:
– Господин Хидака! Я отобрал лучших горных стрелков «альпини» из дивизии «Тауринензе», которые будут сопровождать вас на вершину Биоково.
Широкуро Хидака покачал головой:
– Нет. На вершину я должен взойти один. Никто не должен сопровождать меня. Я покажу вашим солдатам, где они должны будут остановиться и ждать меня.
– Но мы же отвечаем за вашу безопасность, господин посол! – вскричал префект провинции Паоло Зербино. – И перед министром Чиано, и перед самим Дуче, в конце концов!
Широкуро Хидака смерил его презрительным взглядом:
– Барон Хидака привык сам отвечать за свою безопасность. К тому же нахождение посторонних людей во время молитвы противоречит канонам дзен-буддизма. А наша религия гораздо более требовательна, чем ваша.
Префект хотел было что-то сказать, но японец уже повернулся и быстро зашагал в гору. Отделение стрелков «альпини» поспешило вслед за ним.
