Теперь Цезарь мог перейти к более решительным действиям. Вначале он попытался вызвать противника на открытое сражение. Сципион не уклонился. Обе армии выстроились друг против друга. Цезарь применил то же построение, что и при Фарсале, причем, третья линия, стоящая на расстоянии от двух первых, сдвинулась к левому флангу, а один легион (5-ый) и легковооруженная пехота стояли на левом крыле, где находилась большая часть конницы противника. Сципион, поставив в центре легионы, усилил фланги конницей и легковооруженными. Нумидийцы стояли и во второй линии за пехотой. Сципион и Лабиен явно учили уроки Фарсала и хотели повторить сражение при Руспине в более крупных масштабах (Ibid., 59–60). Впрочем, битва не состоялась, обе армии простояли почти весь день и стали отступать в лагерь. Перед концом дня, когда нумидийцы начали атаку на правом крыле, на них обрушилась конница Цезаря, которая, впрочем, увлеклась погоней и была удачно контратакована противником (Ibid., 61). Война затягивалась.
Помпеянцы и нумидийцы использовали ту же тактику, которую ранее использовал Югурта: основной акцент делался на действия конницы, во главе которой стояли Лабиен, Петрей и Афраний. Цезарь противопоставил им тактику Метелла и Мария, постепенное занятие городов и укрепленных пунктов и выдавливание противника, сочетавшееся с политическими акциями. Впрочем, стороны попробовали силы и в морском сражении. Аттий Вар вывел эскадру из 55 кораблей из Утики и отплыл к Гадрумету. Помпеянцы атаковали грузовые корабли Цезаря в Лептисе и сожгли те, которые стояли далеко от гавани (В. Afr., 52). Цезарь поспешно направился к Лептису и собрал флот, атаковав Вара, направившегося в Гадрумет (В. Afr., 63). Несколько кораблей Вара были захвачены, после чего Цезарь успешно атаковал гавань Гадрумета, нанеся противнику значительный урон (Ibid., 63–64).
Цезарианские фуражиры успешно избежали засады, устроенной Лабиеном, после чего диктатор несколько изменил план действий. Оставив гарнизоны в Лептисе, Руспине и Ахулле, он направил две эскадры, Л. Циспия и Кв. Аквилы к Гадрумету и Тапсу для начала их осады с моря (В. Afr., 67). Затем он уничтожил свой лагерь и двинулся к городам Аггар и Зета (В. Afr., 67–68). Лабиен и Афраний снова атаковали своей конницей, под давлением которой Цезарь отступил в лагерь (Ibid., 68–69). Возле Сарсуры он опять подвергся атаке Лабиена, но сумел взять город (Ibid., 75). Позже ему пришлось отступить от Тиздры к Аггару, а затем Цезарь захватил другой город, Табену (Ibid., 76–77). В это время к нему подошло последнее подкрепление, 4000 легионеров, не сумевших переправиться со своими частями, 400 всадников и 1000 пращников и стрелков (Ibid., 7).
Сципион уклонялся от сражения, а кавалерия Лабиена снова дала бой цезарианской коннице (Ibid., 78). 4 апреля 46 г. Цезарь двинулся к Тапсу, где стоял гарнизон П. Вергилия. Теперь город был окружен с суши и с моря. Именно здесь и наступила развязка (Ibid., 79–80).
Цезарь осаждал Тапс. Сципион стал укреплять лагерь между болотом и морем, в местности, труднодоступной для кавалерии. Цезарь послал часть флота, чтобы атаковать помпеянцев с тыла (В. Afr., 80). Дальнейшее не совсем ясно. 6 апреля Цезарь выстроил войска перед лагерем, построение напоминало Фарсальское сражение. На правом фланге стояли 9 и 10 легионы, на левом — 13 и 14. На флангах находилась конница, легковооруженные и по 5 когорт 5 легиона, специально обученного действиям против слонов (Ibid., 81). В центре стояли легионы новобранцев.
Как сообщает автор «Африканской войны», инициатива атаки принадлежала самим солдатам, увидевшим беспорядок в неприятельском лагере. Цезарь даже удерживал их, но элитные легионы, стоящие на правом крыле, по собственной инициативе бросились вперед, и только тогда командующий отдал приказ о наступлении. Какая-то часть помпеянцев, видимо, успела построиться, во всяком случае, стрелки и пращники правого фланга обратили в бегство слонов, повернувших на собственное войско (Ibid., 82–83). Вылазка гарнизона Тапса была отбита. Атакующие легионы Цезаря заняли лагеря Сципиона и Юбы, а затем взяли и третий лагерь противника. Собственно говоря, сражение превратилось в резню (В. Afr., 86; Plut. Caes., 53; Dio, 73, 7–9; Eutr., VI, 2; Liv. Epit., 114). Согласно Флору и Плутарху, Цезарь вообще не мог руководить битвой из-за припадка эпилепсии. Только Аппиан дает несколько иную картину сражения. Он сообщает, что незадолго до битвы Юба, узнав, что мавретанские отряды Бокха взяли Цирту, удалился в свое царство, оставив Сципиону 30 слонов. Само сражение было тяжелым, Цезарь победил только к вечеру, а лагерь противника был взят в ночном сражении (Арр. В. С, II, 86–87).
