Ли Юнги уже несколько дней следил за постоялым двором и конюшней, переодевшись в простого крестьянина. Шпионы доложили ему, что лошадей с севера, судя по всему, заказал хозяин постоялого двора, господин Чон. Ли Юнги знавал этого человека, он был серьезным противником. Господин Чон уже более десяти лет снабжал армию скакунами и лично отвечал за разведение лошадей в королевских конюшнях. Он был человеком достаточно известным и уважаемым, поэтому Черные Смерчи не могли позволить себе просто схватить его для допроса.
Кони казались Ли Юнги еще более подозрительными, чем люди. Северных скаковых лошадей в народе называли «крылатыми конями». Их глаза светились такой злобой, что у людей мурашки пробегали по спине. Ли Юнги с первого взгляда понял, что эти лошади участвовали в настоящих сражениях. Эти животные точно пробовали запах крови. Иначе бы у них не было таких злобных глаз. Шкуры скакунов блестели, они яростно били копытами и вставали на дыбы. Безусловно, это были знаменитые породистые северные лошади, и сам Ли Юнги тоже всю жизнь мечтал о такой. Однако он не смел и думать об этом, потому что стоимость одного такого коня была значительно больше его жалования за несколько лет.
Ли Юнги решил и дальше не спускать глаз с постоялого двора и приставил следить за ним новичка Ли Чжинму. Он велел подчиненному докладывать немедленно, если появится что-то подозрительное. Однако Ли Чжинму вдруг неожиданно возразил начальнику:
— Я воин армии Его Величества, почему вы приказываете мне следить за какой-то конюшней, словно шавке из подворотни?
Ли Юнги оторопел от подобной наглости:
— Ты не родственник ли генералу Ыльчжи?
— Нет.
— Может, тогда кто-то из твоей семьи занимает высокое положение на службе?
— Нет такого.
Интонация Ли Чжинму становилась все более дерзкой.
— Тогда, может быть, ты разбогател до неприличия, открыв какое-то дело?
— Вы издеваетесь? Зачем бы мне тогда работать простым стражником?
В глазах Ли Юнги зажегся жестокий огонек. Он понял, что за Ли Чжинму не стоит богатство или влияние его семьи, и пришел в ярость. Он и так злился из-за того, что несколько дней наблюдал за скакунами, которых ему не суждено было иметь никогда в жизни. А этот поганец еще надругался над священной службой воинов великой Когурё, охраняющих врата столицы, назвав их простыми стражниками. Ли Юнги был опытен и искусен в расправе над подобными наглецами. Он по себе знал, как наслаждается кошка, когда играет со своей добычей, перед тем как напасть на нее.
На его устах заиграла хитрая улыбка. Когда перед глазами появляется вкусная добыча, самое время прекрасно поразвлечься. Он мягко предложил:
— Если не хочешь остаться калекой, снимай военную форму.
— Этого я не могу сделать.
Ли Юнги медленно приблизился к Ли Чжинму:
— Разве никто не говорил тебе, что в Черных Смерчах строгая дисциплина?
— Впервые слышу об этом, — ответил Ли Чжинму, четко проговаривая каждое слово.
Вот уж действительно, человеку не дано заранее узнать о своей судьбе. Лицо Ли Юнги перекосилось от злости, и Ли Чжинму забеспокоился.
— Ха-ха-ха, прекрасно. Я смотрю, ты очень умный, на все знаешь ответ. Я пытался великодушно сдержаться. Прими это во внимание. Ты что, думаешь, любой может стать членом отряда Черных Смерчей?
— Н… нет, разумеется, нет. Зачем вы так близко подходите ко мне? Вы…
Он не успел договорить, потому что в этот момент на него обрушились удары Ли Юнги. Командир обломал о строптивого юношу уже третью палку, когда понемногу стал уставать. Однако, какой крепкий подлец. Если бы он умолял о пощаде и кричал от боли, Ли Юнги мог бы сделать вид, что пожалел его, и немного передохнуть, но Ли Чжинму сносил удары без единого звука.
Он весь кипел от гнева. На так называемую дисциплину Черных Смерчей было противно смотреть. В Северных Мечах ни один воин и подумать бы не смел о том, чтобы возразить приказу командира. В таких случаях сразу голова летела с плеч. От беспрекословного следования приказам зависели жизни солдат на поле боя, поэтому дисциплина в отряде была крайне суровой. Даже если воин получил бы приказ следить за маленьким щенком, он нес бы свою службу достойно и жизнь отдал бы за этого щенка. Таковы были Северные Мечи.
У Ли Чжинму имелся план: если с самого начала проявлять себя плохо и мешать ходу дела, то потом можно будет получить похвалу даже за самую незначительную помощь. Поэтому он надеялся на то, что, немного пострадав в начале, дальше сможет относительно легко существовать среди врагов. Но пока было неизвестно, сработает ли эта стратегия.
