Рядом с одним из куполов стояла привязанная ездовая ящерица, ее голова закрыта, а синий живот обернут довольно нелепым шотландским обогревательным пледом, который был подключен к большому флотскому блоку питания, находящемуся рядом с ней на тележке.
Кельвин вздрогнул при виде ящерицы не потому, что боялся динозавров, хотя она сильно напоминала аллозавра. Он догадался, что означало ее присутствие.
Порт Венера был построен на плато Вэйвэн, на высоте пять тысяч метров над тем, что называли Трясиной, – над болотом, простиравшимся во всех направлениях на тысячи километров. Оно становилось все жарче и таинственнее, чем ближе подходило к экватору. Ящерицы населяли наиболее удаленные уголки Трясины и никогда не приближались к относительно прохладному плато, разве только по воле человека. Люди, которые разводили в Трясине ящериц и других животных, приходили в порт Венера лишь затем, чтобы купить что-нибудь. На болотистых пространствах возник социум, который частично отделился от современной цивилизации, пытаясь вписаться в экосистему Венеры. Жители Трясины не желали превращать Венеру в подобие Земли. Помимо поселенцев, разводящих животых, там жили люди, зашедшие еще дальше в своих попытках адаптироваться к Венере, такие казались Кельвину крайне экстравагантными.
Автомобиль остановился, дверь распахнулась, и женщина-офицер указала ему на купол, рядом с которым находилась ящерица.
– Идите туда, командир. Вам все объяснят.
– Про это? – усмехнулся, обводя взглядом купола, Кельвин. – Мне объяснят все?
– Все, что вам нужно знать, сэр. – Офицер подмигнула. – Конечно, больше, чем только про это.
– Конечно, – кисло ответил Кельвин. – Спасибо, шеф.
Он спустился вниз, отметив, что, кроме часовых, никто не выходил за пределы купола. Но не было никакой серьезной попытки сохранить секретность, весь лагерь был виден с края города, и любой прохожий мог видеть лагерь и, что более важно, мог видеть Кельвина. Так что скорее всего его не привлекут к какой-нибудь грязной операции, которую все будут потом отрицать. Это был весьма отрадный факт, как и то, что никто не забрал у него тепловой луч и парализатор.
Купол был новый, только из контейнера, и, к удивлению Кельвина, обе его шлюзовые камеры оказались открыты, что позволяло сырости, спорам, переносимым воздухом, и общему дискомфорту свободно проникать внутрь. Это казалось странным, ведь весь смысл куполов – в том, чтобы обеспечить абсолютно автономную и кондиционируемую среду. Кельвин вошел внутрь и тут же понял, почему двери распахнуты настежь. Внутри находились три женщины, склонившиеся над столом с картой-дисплеем. Две из них являлись офицерами ВКФ Земли: капитан ВКФ, вероятно, из «Афродиты»; лейтенант в открытом венерианском камуфляже, с охотничьим тепловым лучом в кобуре и ремнем с подсумниками, несомненно, содержащими разработанное на Земле новейшее, но бесполезное спасательное снаряжение.
Третья женщина была причиной того, что двери открыли нараспашку. Ее облачение – майка, шорты и ботинки из выделанной кожи ящерицы; за спиной висела соломенная широкополая шляпа на шнурке из кишки ящерицы, охватывающем шею, вместе с дыхательной маской, сделанной из слоистой губки. Очки сделаны из стеклянной бутылки из-под виски и резиноподобных грибов. Голова ее выбрита. На одном бедре у нее висел тепловой луч, на другом – старомодный пистолет с пороховыми патронами и длинный нож.
От предплечий и до бедер она была покрыта широкими синими пятнами, которые местные жители называли болотными лишаями. Меньше всего заросло ее лицо, здесь, благодаря аккуратному использованию противогрибковых реагентов, синие концентрические пятна распространились только на щеки и лоб.
Ее лицо было Кельвину знакомо. Он так же хорошо знал его, как свое собственное, несмотря на болотные лишаи, потому что это и было его собственное лицо. Даже если женщина на полголовы выше и шире в плечах, она была лишь вариантом серии клонов. Как и все Кельвины Кельвины, она ветеран ТООСЗ, хотя в ее случае служба проходила в элитном десантном подразделении бойцов коммандос, которые известны как ASAP, что расшифровывают не в общеупотребительном варианте (as soon as possible – «как можно скорее»), а в гораздо более грубом (Air-Space-Any-Fucking-Place – «воздух-космос-любая-гребаная-дыра»). Хотя «F» в аббревиатуре не упоминалась.
– Кел, – произнесла женщина, коротко кивнув, – как дела?
– Винни, – ответил Кельвин. – Все в порядке, если не считать призыва или просто того, что произошло. Какая-то неразбериха…
– Вы задаетесь вопросом, почему на Земле… или на Венере… нам нужны и вы, и ваша сестра-клон, – произнесла капитан. Она обошла вокруг стола и поднесла руку к козырьку. Кельвин ответил ей, хотя не так четко, как это требовалось бы на плацу. Капитан была на полметра выше его, и ей приходилось сильно изгибать шею, чтобы взглянуть на него.
