Тучный оплывший брокер кивнул, тряхнув всеми тремя подбородками, хлопнул в пухлые ладони, и на помост вывели трех высоких молодцев в набедренных повязках. Шею каждого стягивал особый ошейник. Полидевк в самый первый день рассказал, что эти штуковины особым образом соединяются со спинным мозгом и воздействуют на нервную систему: малейшее неподчинение – и боль скручивает непокорного раба узлом.
Парни выстроились в ряд. Ноги на ширине плеч, руки за спиной, в глазах – пустота.
Брокер не соврал: ребята крепкие, подкачанные, рослые, плечистые, темноволосые и голубоглазые.
– Все ровны как на подбор, с ними дядька Черномор, – пробормотала Беликова себе под нос.
– Что-что? – промурлыкал брокер-пухляш. – Госпожа Аллегра снова недовольна?
«Тяни время, девушка, – шепнул невидимый Полидевк. – Если опять откажешь с ходу, это вызовет подозрения. Он и так на тебя косо смотрит, с твоим-то показателем убедительности. Еще немного, и решит, что ищешь кого-то определенного».
«Я и ищу кого-то определенного», – мрачно подумала Рита, но спорить не стала. Лысый связной угрюм и немногословен, однако многие его советы оказались поистине бесценными. За последнюю пару недель Полидевк выручал ее с дюжину раз, что весьма показательно. И поэтому…
– Пусть повернутся, – небрежно бросила она и капризно надула губы. Капризничать тоже Полидевк посоветовал. Сказал, для избалованных богатеев это в порядке вещей.
Пухляш щелкнул пальцами-сардельками, и парни безропотно развернулись к ней кормой.
– Ну как, а? – Брокер смачно шлепнул ближайшего раба по упругому заду. – Натуральный орех! Если возьмете двух, дам хорошую скидку.
– Зачем мне двое? – фыркнула Рита. – Или они у вас такие дохлые, что не хватит сил ублажить госпожу в одиночку?
Полидевк издал звук, напоминающий хрюканье. Видимо, единственный доступный ему вариант смеха.
– Госпожа Аллегра может получить особое удовольствие, наблюдая, как двое самцов ласкают друг друга. – Пухляш сально улыбнулся и бросил невольникам: – А ну-ка! Ты и ты.
Парни, на которых он указал, обреченно повернулись друг к другу. Тот, что повыше, притянул товарища по несчастью за талию и принялся целовать взасос.
– Побольше энтузиазма, халтурщики! – прикрикнул толстопузый брокер, взмахнув плетью. – Ты закрой глаза, а ты схвати его за задницу и не жалей языка! Всему учить надо!
Рабы беспрекословно выполнили указания, а пухляш подобрался ближе и сдернул с обоих набедренные повязки.
Эффектный ход, ничего не скажешь!
Беликова вспыхнула как маков цвет и еле сдержалась, чтобы не отвернуться.
«Терпи! – шикнул Полидевк. – Стандартный перфоманс рабов для утех. Ничего нового. Могла бы уже и привыкнуть!»
«Не смогу я к этому привыкнуть! – сердито подумала Маргарита. – Никогда!»
– Госпожа Аллегра желает оценить твердость? – разулыбался брокер, когда рабы прервали поцелуй.
М-да… Паскудник предлагал пощупать то, на что Рита даже взглянуть боялась.
– Э… нет, спасибо, это совершенно излишне. – Она поднялась. – Все и так… видно. У вас замечательные мальчики, господин…
– Эфлидий, – подсказал пухляш. – Эфлидий Квантум. Лучший поставщик невольников в Системе Трех и ваш преданный слуга.
Он склонился над ее рукой, но коснулся лбом, а не губами.
– Знаю-знаю, но уже обещала посмотреть еще пару вариантов. – Беликова выдавила любезную улыбку. – Покупка раба для утех – вопрос тонкий и деликатный.
– Конечно-конечно, дражайшая госпожа! Мы все понимаем и смиренно ждем вас в нашем скромном эстеблишменте! – промурлыкал брокер и проводил ее к резным дверям.
«Он назвал тебя сукой», – сообщил Полидевк, стоило шагнуть за порог.
– Знаю, – ответила Рита. – Мне начать рвать на себе волосы?
«Возможно, позже, – парировал связной. – Сейчас нужен маневр. На шесть часов – твоя зеленая подружка с прошлых торгов».
– Праксидика?
«Она самая. Так что если хочешь избежать столкновения, срочно меняй фарватер».
С Праксидикой Септимой, дочкой местного политикана, Беликова пересеклась неделю назад на публичном аукционе. Знакомство вышло эпичным: упитанная блондинка накинулась на нее, полагая, будто Рита пытается перехватить приглянувшегося ей раба. Когда все прояснилось, бурный скандал перетек в не менее бурные извинения, которые, в свою очередь, стали прологом к четырехчасовой беседе обо всем и ни о чем.
Повторять сей увлекательный опыт Маргарита не планировала. По крайней мере, в ближайшую сотню лет.
– Она меня видела? – шепнула она.
«Пока нет, но скоро увидит, – отозвался Полидевк. – Давай назад».
Рита развернулась и двинулась по Центральной площади обратно к эстеблишменту пухляша. Народ толпился у парящего помоста, где шла демонстрация молоденьких невольниц, и к тротуару пришлось протискиваться, расталкивая зевак локтями. В основном это были оранжевые, но Беликова приметила парочку фиолетовых и даже зеленых. Знамо дело: юные рабыни – потенциальный инкубатор. Фу ты, мерзость! Над помостом висели гигантские – с комбайн – бутоны серебряных космолилий. Цветы звонко чихали. Пыльца щедро сыпалась вниз, и все, кто ее вдыхал, дурнели от кайфа и ничего толком не замечали.
