Добавлю: «Знамя», несмотря ни на что, совсем от Бондарева не отказалось. Журнал, как и просил его Крон, оставил писателя в поле своего внимания. Правда, больше десяти лет редакция лишь наблюдала за ним, а в печать запустила лишь в 1969 году – с романом «Горячий снег».
В прессе «Юность командиров» прошла почти незамеченной. На неё откликнулся, кажется, лишь один Бенедикт Сарнов, и то не потому, что увидел в этой повести что-то исключительное, а потому, что эту вещь написал его сокурсник (Сарнов вместе с Бондаревым в своё время учился в Литинституте, и оба входили в число любимцев Паустовского). Конечно, ему бросилось в глаза несовершенство бондаревской книги, но критик смог подобрать и добрые слова. «„Юность командиров“, – утверждал он, – книга, написанная размашисто, с широким жизненным фоном, с переплетением сложных человеческих судеб» («Комсомольская правда». 1956. 14 ноября).
Тут следует отметить, что в «Юности командиров» Бондарев сделал заявку на будущее. Молодой писатель чётко выразил недовольство своего поколения тем, как в литературе и искусстве освещалась недавно законченная война, в которой участвовали его одногодки. Помните такого персонажа по фамилии Дроздов? После просмотра одного из фильмов он заявил приятелям: «Всё пригладили и прилизали ‹…› Представляю, как лет через двадцать-тридцать люди будут смотреть эту картину и удивляться: неужели такая игрушечная была война? Сплошное „ура“ и раскрашенная картинка для детей. Стоило герою бросить гранату на высотку, как немцы разбежались с быстротой страусов. Разве так было? Немцы дрались до последнего, а мы всё-таки брали высотки ‹…› Война – это пот и кровь. А герой – это работяга. Это бы только не забывать» (
Бондарев устами Дроздова, по сути, делал заявку на «лейтенантскую прозу».
Позже писатель не раз признавался, что в процессе работы над повестью «Юность командиров» прошёл весьма полезную школу учёбы, которая нацелила его на взятие первой высоты – имеется в виду повесть «Батальоны просят огня», которая стала классикой советской литературы. Однако много лет писатель к тексту этой повести не возвращался и никуда его не включал. Но в конце 1960-х годов издательство «Молодая гвардия» предложило ему выпустить сборник старых повестей, и он, поразмыслив, решил включить в этот томик и «Юность командиров», но в новой редакции, причём правка делалась уже в вёрстке, что вообще-то издателями никогда не приветствовалось.
1 июня 1971 года Бондарев написал главному редактору издательства «Молодая гвардия» Валентину Осипову: «Работая над вёрсткой повести „Юность командиров“, мне пришлось внести корректуру, превышающую, быть может, установленную норму. Правку же я делал совершенно для вещи необходимую – вносил в текст мельчайшие, но существенные детали (глагол-жест, определения, уточняющие фразы). Прошу Вас разрешить мне эту сверхнормативную правку» (РГАСПИ. Ф. м. – 42. Оп. 5, ч. X. Д. 58. Л. 13). Конечно, разрешили – в те годы Бондарев был уже признанным мэтром, редакторские мытарства давних лет остались далеко позади.
Наверное, сейчас повесть «Юность командиров» не читается и особо не воспринимается. Но не будь её, я уверен, Бондарев вряд ли бы создал свой шедевр «Батальоны просят огня».
Сегодня уже никто не оспаривает, что взлёт «лейтенантской прозы» начался в конце 1957 года с появления в журнале «Молодая гвардия» повести Юрия Бондарева «Батальоны просят огня». В своё время Василь Быков честно на весь мир сказал, что всё поколение фронтовых писателей вышло из бондаревских «Батальонов». И это сущая правда. Виктор Некрасов с его повестью «В окопах Сталинграда» – не в счёт. Он только наметил новое направление в нашей литературе, но так и не смог удержать занятый рубеж. Дальнейшую атаку повёл Бондарев, за ним в бой вступили Григорий Бакланов, Константин Воробьёв, Виктор Курочкин, Борис Васильев… А последним в этом поколении проявил себя Вячеслав Кондратьев – помните его бессмертного «Сашку»?
Напомню, о чём рассказывали «Батальоны…». О том, как непросто происходило форсирование Днепра. Мы тогда столько своих ребят потеряли! Многие из них даже вкуса жизни не успели познать: только раз и поцеловали девушку и ушли в небеса. Но ушли святыми.
