– Я только что из Новгорода, – вмешался в разговор Изяслав. – Когда мономашичи изгнали меня из Турова, подался я к своему брату Всеволоду в Новгород. Уговорил я его напасть на Суздальскую землю и завоевать ее, пока Юрий в Переяславской земле находится. Согласился брат, вече собрал. Что тут началось! Одни за войну, другие против. Дело дошло до драки и даже до смертоубийства. Кое-кого сбросили с моста в реку Волхов. Сам митрополит запретил военные сборы. Но все же мы со Всеволодом сколотили рать и двинулись в поход. Шли по Волге, добрались до речки Дубны. И тут новгородцы заартачились. Какие это вояки! Им бы на рынке торговать да на вече глотки рвать. В общем, в походе собрали вече и постановили повернуть назад. Так что нечего на новгородцев надеяться, помощи нам от них не дождаться.
– Обойдемся и без новгородцев. У нас и так сила крепкая собирается!
В ноябре 1134 года объединенное черниговское и половецкое войско вышло на левый берег Днепра напротив Киева и принялось разорять города и селения. Были сожжены Городец, Нежатин, Баруч и сотни деревень. Орды половцев огненным валом прошлись по русским землям, пожары, зажженные степняками, смешались с пожарами от факелов русских князей. Простым людям некуда было спастись, всюду их подстерегали воины – свои или чужие – которые грабили и убивали. Беда пришла на Русскую землю.
Ледостав не позволил Всеволоду Ольговичу переправиться с войском на другой берег Днепра. Начались переговоры. В соответствии с условиями заключенного мира Юрий снова оставлял Переяславль, город переходил его младшему брату Андрею, князю менее деятельному, а потому менее опасному для черниговских князей, а Изяславу отдавался Владимир Волынский. Люди облегченно вздохнули, надеясь на долгий мир.
Юрий вновь обосновался в Остерском Городке. Тут он получил известие о том, что новгородцы собираются в новый поход против Суздальской земли. Юрию отлучаться было нельзя, он чувствовал, что на юге зреют важные события, поэтому направил Ивана Симоновича. И вот прискакал гонец от тысяцкого. Битва состоялась!
Все происходило так. Иван встретил новгородское войско у Ждани-горы, расположенной возле реки Нерли-Волжской. Противник превосходил силами и занял окружающие холмы. Иван не стал спешить, а решил дождаться, когда новгородцы к нему в низину спустятся. Одновременно послал к ним людей на переговоры. Посадник Иванок потребовал сдачи оружия и выплаты дани со всей Суздальской земли.
Наступил вечер, переговоры были прерваны. Тогда, пользуясь темнотой, Симонович послал своего воеводу Короба Якуну с пятистами воинов лесом в обход неприятеля, а сам изготовился к бою. Лишь первые лучи солнца осветили небо (это было 26 января 1135 года), он повел своих воинов на новгородцев. Те такой прыти не ожидали, еще глаза протирали, как он навалился на них всей силой. Однако новгородцы, пользуясь численным превосходством, сумели отбить наступление и сами ударили по центру суздальцев. Завязался ожесточенный бой. Тысяцкий Петрила с дружинниками сумел прорваться к суздальскому стягу и сбить его. Неприятель уже торжествовал победу, но в это время в спину ему врезались воины Короба Якуны. Новгородцы смешались и побежали. Первым бежал князь Всеволод, никогда воинственностью не отличавшийся. Позднее новгородцы припомнят ему этот проступок и с позором выгонят из города.
Успех у Ждани-горы вдохновил Юрия. Надо было подкрепить его победой на юге, и Юрий совместно с Ярополком и Андреем усиленно готовились к новой войне, она была неизбежна. Летом 1135 года черниговские и половецкие войска подступили к Переяславлю. Братья вышли им навстречу. Обе рати встали по обе стороны небольшой речушки Супои, левого притока Днепра. Князья выехали перед строем своих воинов, внимательно наблюдая за построением противника. Было видно, что в центре встал со своей дружиной Всеволод Ольгович, правое крыло заняли его братья, на левом встала половецкая конница. Юрий пожалел, что рядом с ним не оказалось на этот раз Ивана Симоновича, сказал неуверенно:
– Ударим по правому крылу, сомнем молодежь, а потом за других примемся.
– Нет, – тотчас ответил Ярополк. – У меня другие намерения. Как ты думаешь, зачем явились половцы? Правильно: пограбить. Но только так, чтобы остаться в живых, не подвергать себя смертельной опасности. Плевать им на наши дела, им бы с богатой добычей вернуться! И вот посуди сам, какие из них вояки на сегодняшний день? Ударю я по ним со своей киевской дружиной. Прогоню, а потом со спины врежу оставшимся. Как ты, Андрей, одобряешь мой замысел?
Не имевший, как правило, своего мнения, Андрей тотчас ответил:
– Конечно. Лучше не придумаешь.
– Ну а ты, Юрий, по-прежнему на своем настаиваешь?
Юрий для вида помолчал, спросил:
– Сам встанешь во главе дружины или воеводе поручишь?
– Тысяцкий Давыд Ярунович у меня головастый вояка. Вот он пусть и отличится на этот раз!
– Ну тогда с Богом!
