Публика потрясена. После показа коллекций ведущих Домов моды — укороченных юбок, легких кофточек, мальчишеских причесок, по-уличному простоватых манекенщиц с дешевой бижутерией — в зал царственно вошли высокие, красивые как на подбор дамы света в бархате, муаре и парче. Шли высоко подняв головы, на французских каблуках, мели паркет волочащимися шлейфами, махали веерами из страусовых перьев: «Господи, ну и духота в этом «Рице», нечем дышать!
Успех, успех!
— Ирка, давай! Ни пуха… — подтолкнул он ее за кулису.
Удивлять в духе эскапад было в его характере: жену он выпустил на закуску.
«Великая княгиня Ирина Александровна, модный Дом «ИРФЕ»! — слышится в зале голос ведущего.
Время было за полночь, зрители смотрели на часы, когда на подиум вышла, точно случайно, необыкновенной красоты молодая женщина в удлиненном вопреки моде полупрозрачном шокирующем платье. Шла задумавшись, слегка поворачивая головку дивной лепки — ах, какое дефиле! какая элегантность! умение держать себя! — богиня, богиня!..
За кулисами — гром аплодисментов, крики восторга. Друзья обнимают его, сидящая на стуле Домна Ивановна в прострации, ее отпаивают валерьянкой, пьяная вдребедень Лилу лезет целоваться.
Черт побери: неужели получилось?
На крыльях успеха они кинулись искать помещение посолидней. Пренебрегли агентствами по недвижимости, бравшими непомерный процент со сделки, клюнули на кем-то рекомендованного чеха-посредника, предложившего апартаменты на Левобережье. Деньги чех потребовал вперед, повез показывать квартиру — все замечательно, он выложил требуемую сумму, поехал на следующий день подписать бумаги: что за черт? На дверях замок, чеха не видать? Кинулся в полицию, там развели руками: как можно доверять первому встречному? Оставьте заявление, откроем дело. Ищи ветра в поле…
Агентская контора, в которую все же пришлось обратиться, нашла отличное помещение на Дюфо, 19 — свободен полностью первый этаж, места хватает и для пошивочной мастерской, и для примерочной, и для салона посетителей. Преобразили в два счета интерьер: деревянная обшивка стен, мягкая мебель «акажу» с кретоновой обивкой в цветочек. Горки, столики, шелковые бледно-желтые занавески, на стенах гравюры: мило, уютно! Мастера все свои, эмигранты. В работе над коллекциями участвуют княгини Мария Воронцова-Дашкова и Елена Трубецкая, ползают по полу, раскладывая нарисованные на старых обоях эскизы княжны Оболенские — Саломея и Нина. Изъявили желание работать в ателье шурин Никита с женой, близкие друзья Миша и Нонна Калашниковы. Слугу и по совместительству домашнего шута Андре Буля посадили на телефон — записывать клиентов и назначать время примерок. Как оказалось, напрасно — чертов кривляка исполнял обязанности спустя рукава, создавал невообразимую путаницу, сорвал, в результате, торжественное открытие.
Они заказали в типографии красочные открытки, заполнили фамилиями несколько сотен приглашений. Взяли напрокат золоченые стулья, установили красочное освещение. В вазах по углам свежие цветы, у входа швейцар в униформе.
Время открытия, все ходят как на иголках, нервы напряжены до предела, публика не появляется. Не пришел ни один человек! — скотина Буль, которому поручили разослать приглашения, забыл опустить их в почтовый ящик: пачку обнаружили на другой день у него под столиком бюро.
Заказчик сродни невесте. Его надо отыскать, обаять, вскружить голову. Не дать увлечься обольстителем-конкурентом.
Опыта в этой области у них никакого: дилетант на дилетанте. Помог во многом знакомый с половиной Парижа, понаторевший в связях будущий супруг внучки Рокфеллера Жорж Кюэвас. Знакомый ему еще по Лондону, подвижный, неутомимый, согласился поработать добровольным агентом по рекламе — бескорыстно, из одних только дружеских побуждений. Во многом преуспел: об «ИРФЕ» заговорили, стали поступать заказы, легче стало дышать.
Он погасил задолженности по зарплатам, нанял новых сотрудников, арендовал второй этаж, расширил мастерские — куй железо, пока горячо!
С утра в вестибюле толпятся клиентки. Ходят между колонн, разглядывают образцы коллекций в стеклянных шкафах. С публикой беседуют выходящие в шелковых чулках и золотистых парчовых туфельках манекенщицы-консультантки: великая княжна Ирина Романова, княжна Надежда Щербатова, графиня Граббе, урожденная княжна Белосельская-Белозерская. Стильные красавицы наделенные врожденной изысканностью, блестяще образованные, с безупречными манерами, разбирающиеся в прекрасном, знающие помимо французского еще несколько языков, вошедшие в мир европейской элегантности без тени робости, как в собственный будуар — привлекательность ателье благодаря их участию высока необычайно.
Сам он в качестве экзотической приманки. Мифический князь, волокита и любовник, убийца страшного злодея… как его? С бородой до колен, похожий на разбойника из воровского леса? О, Рас-путин!.. Многие приходят на рю Дюфо только ради того, чтобы на него поглядеть. Бога ради! — он выходит к гостям в роскошном восточном халате и чалме с жемчужными нитями: «Ассалям малейкум, ваш покорный слуга!»
