— Этот мастер может согнуть вас в дугу, — не осталась в долгу Виктория, и я заметил, как незнакомец довольно усмехнулся:
— При всем уважении к равноправию полов, я приверженец старых традиций, госпожа. Вы зацепили мою честь, сказав, что я неважный боец, с которым может справиться даже женщина.
— Даже? — оскалилась Муромцева и воздух между нами дрогнул. — Откуда вы явились, господин? В какой норе все еще принято считать женщину слабой? вам пора узнать неприятную для вас правду…
Однако незнакомец смотрел лишь на меня, совершенно игнорируя секретаря. Он заговорил негромко, но так, чтобы его услышали:
— По старым правилам, за это оскорбление ответ должен нести ваш спутник. Таковы незыблемые законы империи, которые, к счастью, никто не удосужился изменить.
Сказав это, мужчина неспешно снял с правой руки перчатку и бросил ее к моим ногам:
— Послезавтра на рассвете, мастер душеправ, — произнес он. — На рассвете. Вы можете отказаться от вызова, но…
Он не договорил, с усмешкой глядя на меня. И я кивнул:
— Я принимаю ваш вызов. Отказываться от него не собираюсь.
Незнакомец растянул губы в издевательской улыбке, а потом склонился. Поклон был без почтения. Скорее, шутовской. Затем он покосился на мрачную Викторию, которая буквально горела праведным гневом.
— Тогда до встречи в Петровском парке у памятника императору, мастер, — произнес он и, обогнув меня, направился прочь.
Виктория достала из кармана телефон и принялась поспешно нажимать кнопки.
— Кому вы звоните? — осведомился я.
— Мастеру Круглову, — ответила девушка и поднесла телефон к уху. — Это…
— Не стоит, — успокоил я секретаря.
Виктория замерла, удивленно глядя на меня:
— Но… — начала было она, но я протянул руку и забрал телефон из ее ладони. Нажал на кнопку завершения вызова как раз в тот момент, когда на экране появился таймер отсчета времени. А в динамике послышался знакомый хриплый голос.
— Зачем беспокоить Виктора по таким пустякам? — спокойно уточнил я.
— Верните, пожалуйста, телефон, Василий Михайлович, — попросила девушка.
— Только если вы дадите мне слово высокорожденного, что не станете звонить Круглову.
Виктория качнула головой:
— Я отвечаю за вашу безопасность, — возразила она. — А этот человек только что вызвал вас на дуэль.
Я пожал плечами:
— И что с того?
— То, что он порвет вас на куски, мастер Юсупов! — потеряв терпение, рявкнула Виктория.
Я усмехнулся:
— Давайте решать проблемы по мере их поступления, мастер Муромцева. До дуэли еще полтора дня. Идемте к машине.
Я зашагал к припаркованному авто. Виктория последовала за мной.
— Вы задумали покончить с собой, Василий Михайлович? — уточнила она, едва мы сели в авто.
— Умереть еще успеется, — ответил я. — Но отказаться от дуэли я не мог. Это бы уронило тень на честь семьи. А Юсуповы сейчас и без того на шатких позициях.
Девушка нахмурилась:
— Тогда…
— Нам нужен этот человек, — перебил ее я. — Вы заметили его акцент? Он родился в Империи, но долгое время жил за границей. А теперь появляется на улице и провоцирует ссору, чтобы вызвать меня на дуэль. Вам не кажется, что это как-то… странно?
— Вы хотите сказать, что он связан с этими сектантами? — уточнила девушка, и я наставительно поднял указательный палец:
— Не совсем. Это значит, что мы на правильном пути, Виктория Ильинична. И подобрались очень близко, раз секта подослала к нам этого бретера.
Девушка потрясенно посмотрела на меня. Даже рот приоткрыла от удивления:
— Выходит, секта в курсе, что мы вышли на их след.
Я довольно кивнул:
— Верно, мастер Муромцева. А теперь давайте вернемся домой. Рабочий день подошел к концу.
Девушка завела двигатель, и авто выехало с парковки.
— Вернете мне телефон? — не отводя взгляда от дороги, спросила девушка.
— Простите, но вы не дали мне слово, что не будете звонить мастеру Круглову, — ответил я, стараясь добавить в голос сожаления.
Я ждал вспышки гнева, но Виктория смогла меня удивить. Муромцева повернулась ко мне и лукаво улыбнулась:
— То есть мне нельзя будет звонить мастеру Круглову полтора дня? Я правильно вас поняла?
— По поводу предстоящей дуэли, — поправил я девушку.
Муромцева покачала головой:
— Очень надеюсь, что у вас есть план, Василий Михайлович. Мастер Долгопрудный не проиграл ни одной дуэли. А он практически всегда бьется насмерть. Так что если вы не задумали нечто хитроумное — послезавтра на столе дома Юсуповых будет стоять гроб. Это событие сильно подкосит вашего дядю…
— Хорошая попытка манипуляции, — одобрил я. — У вас неплохо получается.
Девушка фыркнула:
— Это суровая правда, Василий Михайлович. Долгопрудный это человек с огромным боевым опытом. Это заметно.
— Непревзойденный фехтовальщик с боевым опытом, — повторил я, откинувшись на спинку сиденья. — Возможно, если мы узнаем про этого Долгопрудного чуть больше — то поймем, что за противник перед нами.
— И как же вы хотите это узнать? — осторожно уточнила Виктория.
Я загадочно улыбнулся:
— Есть один человек, который бывает в курсе всех, кто вращается в высоком обществе. Можно сказать, он знаком со всеми аристократами столицы.
