-Незнакомых людей? Чтобы кто-то необычно себя вёл? Чужие повозки? Большое количество еды неизвестно для кого? – капитан смотрел на Габриэль с участием.
-Вы же не хотите сказать, что мессир Форстер мог такое допустить? – искренне удивилась она.
-Форстер? Нет, не думаю, что он сам. Он далеко не такой дурак, чтобы после всего путаться с повстанцами. Но его люди вполне могут помогать кому-нибудь из горных братьев.
-Нет, - она задумчиво покачала головой. – Я ничего такого не видела.
-Знаете, эти повстанцы могут прятаться среди пастухов и в отгонах, и даже хозяева могут не знать о том, что среди их наёмных рабочих есть кто-то из горных братьев. А разве проверишь здесь всех пастухов или стригалей, особенно в сезон летних работ? Сейчас, конечно, стало проще, а в то время, когда я служил ещё лейтенантом, здесь были дремучие леса, а в них - полно горных братьев с ружьями, волками и со всей их магической ересью. Копали ямы, ставили ловушки… Наших много тогда погибло - в этих лесах не слишком-то развернёшься на лошади, потом отец приказал выжечь здесь всё…
-Так, значит… То есть эти леса, и правда, сожгли? – удивилась Габриэль.
-Да. По большей части. Хотя… кому-то и на руку, - криво усмехнулся капитан, - Форстер вон своего не упустил – теперь ему есть где пасти своих овец. А, может, оно и к лучшему: глядя на этого выскочку, некоторые покладистые кланы взялись за ум и тоже стали заниматься овцами. Даже решили создавать какой-то свой торговый союз: говорят, Форстер этой зимой вёл переговоры с герцогом Таливерда. Видите, синьорина Миранди, мы несём этим дикарям цивилизацию. Но, как и всегда с дикарями, им, конечно, это не нравится. Они предпочитают молиться своим идолам, трубить в рог, бегать с ружьями по лесам и убивать наших солдат.
-А… чего они добиваются? Эти повстанцы? – спросила Габриэль задумчиво. - Зачем они нападают на заставы, если война закончилась?
-Они идиоты… уж простите, синьорина Миранди! Их война проиграна уже очень давно. А после того, как подписали Трамантийский мир, им следовало бы смириться, возиться со своими овцами, а не дразнить короля. Но они то и дело убивают наших солдат. Вот из-за них и принимают закон об экспроприации… вы же наверняка слышали? Голосование за него пройдёт в следующем месяце. Собирались раньше, но всё герцог Таливерда что-то тянул - вносил уточнения. И у нас были связаны руки. Но, как только его примут, мы заберём эти земли, и уж тогда покончим с бунтовщиками быстро. А пока их прикармливают люди вроде Форстера – одна резня будет повторяться за другой.
-Вы всё-таки полагаете… мессир Форстер может быть заодно с бунтовщиками?
Капитан вдруг улыбнулся, и произнёс чуть тише и совсем другим, более игривым голосом:
-Простите, я вас напугал своими рассказами! Вам не стоит беспокоиться об этом. Я просто… привёл Форстера в пример. Сейчас-то он вряд ли помышляет о свободе для Трамантии. После того, как он разбогател на своих овцах, ему нет смысла бегать по лесам. И хотя его земли тоже скоро отойдут короне, но в накладе он не останется. Так что не думайте об этом. Давайте лучше поговорим о предстоящем празднике…
-То есть, этот закон об экспроприации… он коснётся и Волхарда? – спросила Габриэль, срывая тонкий колосок и не глядя на капитана.
-Разумеется. Отец Форстера был бунтовщиком.
-Но ведь земли принадлежат мессиру Форстеру, а он присягал короне, его мать - южанка…
-Форстера разжаловали - он больше не офицер, а ещё он отрёкся от нашей веры, хотя его мать и была южанкой - теперь ему поблажек не будет, - отмахнулся Корнелли. - Но… не думайте об этом. У него достаточно денег, чтобы прожить и без всякого Волхарда. К тому же он весьма ловкий тип: насколько я слышал, он хотел выкрутиться, женившись на одной из бари, чтобы уйти из-под действия закона. Уверен так и будет – не зря же он всю зиму обхаживал дочерей Домазо и Бруно. Перепишет Волхард на жену, а на земли бари закон не распространяется.
Капитан вдруг осёкся, словно понимая, что сказал лишнего, и Габриэль тоже смутилась. Потому что они невольно коснулись не слишком приятной темы, и вообще разговор вдруг стал каким-то натянутым.
-А о чём важном вы хотели со мной поговорить? – Габриэль посмотрела капитану в глаза. – Вы написали в записке…
-Ах это! – он улыбнулся и чуть прищурился. – Я просто очень хотел увидеть вас и не знал, захотите ли вы также сильно увидеть меня, и поэтому… я так написал. Надеюсь, вы простите мне этот маленький обман? И ещё я хотел лично пригласить вас на праздник в гарнизон на следующей неделе. Вас и синьора Миранди. Наш майор выписал даже оркестр из Ровердо. Надеюсь, это сделает мою вину за этот обман не такой тяжкой?
И он снова ей улыбнулся. А улыбаться капитан умел весьма очаровательно.
Писем от Фрэн не было. Не было и почтаря - в этот день его место занимал хмурый седой старик, какой-то его родственник – почтарь уехал в Ровердо за сургучом, бечевой и мастикой. Габриэль забрала сельскохозяйственный журнал мессира Форстера и задерживаться не стала.
