Южная роза полностью

— Вы же рушите всё, к чему прикасаетесь в моей жизни! Скажите честно, что вы хотите от меня, мессир Форстер? Все ваши поступки — должна же быть какая-то причина! Хотите, чтобы я почувствовала себя униженной? Вы добились своего. Я, и правда, чувствую себя униженной. Хотите, чтобы я пожалела обо всём? Да я жалею, что не подхватила простуду перед той свадьбой, на которой встретила вас, ведь тогда всего этого бы не было! Хотите, чтобы я извинилась перед вами? Давайте я извинюсь. Скажите, что мне сделать, чтобы вы навсегда исчезли из моей жизни? И я сделаю это.

Она говорила спокойно, твёрдо и как-то горько. Когда она закончила, Форстер поднял фонарь чуть выше, чтобы лучше видеть её лицо, и ответил без всякой усмешки:

— Почему вам так важно, что подумают о вас где-то в Алерте? Почему вам важна вся эта ерунда? Ведь вы дочь своего отца, а он человек широких взглядов. После всего, что я о вас слышал… Я решил…

— Вы решили? — возмущённо перебила его Габриэль. — Да кто дал вам право решать, что для меня важно, а что нет?

— Право? — он прищурился и вдруг произнёс, чуть тише и как-то мягче. — У меня нет такого права, согласен. Вы отказали мне в нём ещё тогда, в розовом саду.

— Так в этом всё дело? В мести? Вы этого не можете мне простить? Моего отказа? — она чувствовала, что начинает внутренне закипать.

…Милость божья, это же так низко!

— Пфф! Синьорина Миранди! — он усмехнулся. — Поверьте, я и правда, не задумывал ничего такого о чём вы тут наговорили. Я не хотел тащить вас силком в Волхард. Вы бы жили в том доме за рекой, и не встретили меня даже. Но… вмешалась Царица гор, — он махнул рукой куда-то в сторону Сорелле, — и верите или нет, это не я вызывал тот дождь, что смыл несчастный мост. А сюда, в этот дом, я пригласил вас из вежливости и уважения к вашему отцу, чтобы вы не мучились в гостинице. Места у нас полно и мы, горцы… довольно гостеприимны. Так что можете просто поблагодарить меня за гостеприимство и не искать в моих действиях какой-то тайный смысл.

— Благодарить? За всю вашу ложь? Да вы… Вы совсем не слышите, что я вам говорю? Похоже, что так! — она горько усмехнулась и добавила: — Спасибо, мессир Форстер, за гостеприимство, которое не понадобилось бы, не обмани вы нас… меня с этой поездкой. Вы приносите в мою жизнь одни сплошные несчастья!

…Да как же можно быть таким жестоким к чувствам других? Как можно быть таким бессердечным? И как можно настолько не считаться с чужими желаниями?

— Как же вы несправедливы, синьорина Миранди! — горько усмехнулся Форстер. — Сначала вы обвинили меня в том, что я вас разорил. Но когда я сделал так, чтобы эта экспедиция позволила вашему отцу заработать денег, и дала возможность покрыть долг перед банком, вы снова недовольны. Почему вы всё время видите во мне негодяя?

— Потому что вы и есть негодяй! — резко ответила Габриэль, радуясь тому, что на дорожке пустынно, и никто не слышит их перепалки. — Вы говорили обо мне гадости, вы спорили на меня со своим другом, вы испортили мою репутацию своей глупой дуэлью с капитаном Корнелли! А теперь вы притащили нас обманом на край света, хотя прекрасно знали, как я не хочу сюда ехать! Так кто вы, по-вашему, если не негодяй? Неужели вы не понимаете, как всё это выглядит со стороны? Что обо мне будут говорить, когда узнают? После всего того, что было, я внезапно оказываюсь здесь и живу под вашей крышей! Да что я вам повторяю, это же бесполезно! Вы же глухи и упрямы как…

Она запнулась.

— …как баран, вы хотели сказать? — он прищурился.

…Пречистая Дева не дай мне это сказать!

— Именно, мессир Форстер! Спасибо за подсказку, — она не смогла удержаться.

— Хм… Так-то оно так. И, конечно, логично, синьорина Миранди, — тон Форстера перестал был насмешливым, он опустил фонарь и слова его прозвучали из темноты сухо и как-то безразлично, — иного я и не ждал. Что же, давайте остановимся на том, что я негодяй, а вы нежная южная роза, и ваша благодарность за гостеприимство принята. Надеюсь, вам всё же понравится здесь, и хочу сказать — не переживайте, я не буду докучать вам своим обществом. Я занятой человек и у меня много дел. Я встаю до рассвета, и заниматься соблюдением этикета и церемоний мне некогда. Здесь в Волхарде все такие. Здесь мы работаем с зари и до заката, не в пример томным южанам. Так что вы будете предоставлены сами себе. В вашем распоряжении вся усадьба, делайте что хотите, гуляйте где хотите, только не ходите одна дальше ограды. Вскоре починят мост, я прослежу за этим, и вы сможете избавиться от моего общества насовсем. Вас устроит такой расклад, синьорина Миранди?

— Более чем, мессир Форстер, благодарю за вашу… деликатность.

— Хм. Ну, значит по рукам. И пока вы здесь, не сочтите за навязчивость… но Бруно будет вас охранять, — Форстер свистнул псу.

— Охранять? И от кого же меня здесь охранять, кроме вас? — насмешливо спросила Габриэль.