Из более чем двухсот членов экипажа в живых осталось всего сто тридцать четыре, причем половину от этого числа где-нибудь в другом месте либо добили бы из милосердия, либо выпнули из армии на улицу пинком под зад, потому как генералам калеки не нужны, ведь легче новых солдат набрать, чем ставить инвалидов обратно в строй, обеспечивая им магические протезы либо регенерацию утерянных рук, ног или глаз. Основная часть потерь пришлась вопреки ожиданиям Олега не на абордажников, а на артиллеристов. По сравнению с ударным кулаком вольного отряда специалисты по стрельбе из пушек были чуть хуже вооружены и чуть меньше тренированы, пусть в обычной армии они и легко сошли бы за элиту благодаря американским револьверам, грантам и тяжелым доспехам с добавлением усиливающих носителя искусственных мускул, но истинным специалистам по яростному и жаркому бою на коротких дистанциях все-таки уступали. Мало кто горел желанием лишний раз получать по морде на тренировках или спускать полугодовое жалование на личный защитный амулет лучшего качества. И эта разница сказала свое веское слово, сначала когда их начало косить выпущенной прямо в упор картечью непосредственно на орудийной палубе, а потом в схватках с прорвавшимися внутрь судна османами. Впрочем, потерь не избежали ни в одной части судна. И штурмовики падали в битве, когда их буквально заваливали телами и дырявили со всех сторон свинцом или сталью, и маги пропустившие удар вражеских чародеев вспыхивали как свечки за спинами бойцов, и ждавшим приема пациентов в лазарете санитарам досталось, когда туда ворвался враг, и даже обычно несущие вахту в рубке техномаги-наблюдатели, дежурящие за осматривающими округу приборами наблюдения, недосчитались парочки своих коллег, павших на входе в сердце летучего корабля. Причем потерь было бы намного больше, но на руку защитникам «Тигрицы» сыграло сразу два фактора. Во-первых, османы полагали взятие эрзац-крейсера делом решенным и не успели толком обдумать насколько сильно их ожидания расходятся с действительностью, а потому зачастую не добивали прекратившихся сопротивление тяжелораненых, рассчитывая выгодно продать обладателей отличного оружия и экипировки, за которых наверняка заплатят целую кучу золота. А во-вторых, стоимость зелий, использованных для стабилизации умирающих матросов, отправила бы целителей в кадровых частях на суд и хорошо еще, если не под трибунал. И далеко не все из них были сварены супругой Святослава, поскольку переселившейся в сибирскую деревню эльфийке зачастую не хватало знания рецептов или просто квалификации.
– Продолжайте работу, если будет что-то срочное, сразу же сообщайте. Я буду в рубке, – так и не сумев после беседы с магами астрала прийти хоть к какому-нибудь решению, чародей решил свериться с картой и посоветоваться с супругой, что дежурила в пункте управления кораблем. Она бы, конечно, предпочла возложить данную обязанность на другие плечи, но Стефан караулил осман, а Святослав валялся без сознания с ожогами, повреждениями верхних слоев ауры, упадком высосанных не иначе как сотканным из крови смерчем жизненных сил, магическим истощением и легкой интоксикацией алхимическими препаратами.
– Господин Коробейников, ну наконец-то мне удалось вас найти! – Едва чародей вышел из помещения, как оказался перехвачен уже знакомым ему начальником отряда легких кавалеристов, который по какой-то причине считал нужным увиваться вокруг Олега, тем создавая довольно резкий контраст с большинством других кадровых военных. Битва оставила толстячка в расшитой узорами синей униформе абсолютно невредимым, хотя его роскошное одеяние в нескольких местах несло на себе следы крови и темные пятна, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся пулями, расплющившимися о яркую ткань подобно брызгам воды. – Прошу простить, что отнимаю ваше бесценное время, вдвойне важное в такие дни как этот, но у меня к вам довольно важный вопрос, который было бы желательно обсудить. Важный и взаимовыгодный. Из тех, которые озвучивают только наедине и при поднятых барьерах, гарантирующих нашу приватность.
