– Можешь начинать распространять обо мне всякие нелепые бредни. Рекомендую начать с коллегии святейшего синода, но говорят, в приемной патриарха тоже со всем вниманием относятся к посетителям, что им доносы тащат. – Олег повидал в этом мире вполне достаточно существ, которые смогли бы убить его одной лишь силой мысли или небрежным движением руки. Некоторые из них даже умерли при его скромном содействии. И трястись перед демоном, которого принудили служить владельцу отнюдь не легендарного артефакта, он не собирался. Если связанную с закабаленной тварью печать выдали пусть особо отличившемуся в какой-то битве, но все-таки почти обычному магу, следовательно, та не могла считаться такой уж великой ценностью. Всё лучшее архимаги времен Союза Орденов просто обязаны были приберегать для себя, своих родственников и повязанных намертво ближних слуг, такова уж психология обитателей данного мира. Следовательно, данное существо на одного из владык нижних планов не тянуло, несмотря на все свои имеющиеся возможности…Ведь удайся какому-нибудь чернокжнику захомутать монстра подобной мощи, и печать бы пошла в ход при разборках с конкурентами, как и полагается стратегическому оружию. С инфернальным же аналогом магистра, когда тот действует во враждебном себе измерении, где ему приходится прикладывать немало сил просто на то, чтобы не провалиться обратно в родную преисподнюю, а прикончить тварь и разделать на органы сочтут достойным уважения поступком в любой стране мира, Олег имел неплохие шансы справиться. Тем более он не собирался бояться твари сейчас, когда существо действует через своеобразный переходник в лице Бимурата. – Уверен, если ты лично заявишься к ним на ковер, это гарантирует скорейшую работу нашей родимой православной инквизиции. Кстати, а зовут то тебя как? А то вроде давно знакомы, но толком друг другу так и не представлены…
Раскрытие правды о происхождении Олега, бесспорно, могло доставить ему неприятности. И очень значительные. Вот только друзья чародея или Анжела до сих пор скрываемую от них информацию если и узнают, то, скорее всего, им окажется на это чуть менее чем наплевать. Душа у него ведь нормальная, человеческая целиком и полностью, а прежнего Олега Коробейникова они и в глаза не видели. Биологические родственники данного тела теперь в принципе не сумели бы доставить волшебнику неприятностей. Зато их с лихвой могли обеспечить разные высокие персоны, заинтересовавшиеся такой диковинкой как обитатель иного мира…Но к истинному магу, капитану вольного отряда, обладателю служилого дворянства, собственнику весьма заметных капиталов и начальнику нескольких сотен опытных головорезов на кривой козе уже не подъедешь, он ведь не бесправный ведьмак-контрактник, которого можно легко выкрасть, а то и официально выкупить, чтобы потом выжать как половую тряпку и втихую в подвалах сгноить. Да и потом, если бы какой-то древний магистр или архимаг всерьез заинтересовались бы родиной любопытного феномена, они бы, скорее всего, сумели попасть туда самостоятельно. Может не за год, может не за десять-двадцать или даже пятьдесят…Куда торопиться тем, кто меряет свою жизнь веками? Наличие иных миров, зачастую населенных разумной жизнью, для науки этого мира являлось доказанным фактом, а потому на сенсацию планетарного масштаба Олег не тянул при всем желании. А допрашивать способного осуществлять перенос человеческих душ между измерениями и телами демона куда удобнее, чем персону, с которой тот однажды работал. Олег-то про магические нюансы проделанных над ним манипуляций при всем желании не сумеет многого рассказать, поскольку даже сейчас у него не хватит квалификации на понимание происходивших тогда процессов. Про триумф же технического и социального прогресса родного чародею измерения сначала надо было догадаться спрашивать, а потом верно интерпретировать полученную информацию, не пропустив её мимо разума, зашоренного тысячелетними предрассудками и выросшими из собственной силы деформациями психики. И потому если выбирать между служением демону-шантажисту и интересом со стороны разных высокопоставленных персон, то второй вариант являлся все-таки более предпочтительным. Немножко. В конце-концов, сменить фамилию, имя, внешность и место проживания проще, чем откреститься от инфернального кредитора.
– Ты жалок так, что почти смешон, смертный. И я не собираюсь открывать свое имя кому-то вроде тебя! – От по-прежнему держащего края одежды Бимурата весьма заметно тянуло горелым мясом, но судя по скошенным вниз глазам кавалериста, с любопытством прислушивающегося к беседе, каких-либо серьезных неприятностей ему пылающая прямо на коже демоническая морда не доставляла. – Думаешь, стоило лишь чуть-чуть возвыситься над родственной тебе грязью, как стал могущественен, велик, по-настоящему силен и можешь больше ничего не бояться? Пф! Но знаешь, я ведь могу показать тебе настоящее могущество и силу. Уж ты-то видел, что за тайны мироздания мне подвластны. И сможешь причаститься к ним, если поможешь провести один маленький ритуал…
