Позвонил Игорь, его голос дребезжал и подергивался, а на вопрос, как все прошло, Игорь не ответил. Саше пришлось вызывать ему такси, после этого никто ничего не мог делать, кроме ожидания Игоря. Саш, че он сказал? А как он звучал? Он был расстроен? Он был рад? Он сказал, получилось или нет? Саша тоже ничего не отвечала и так же, как все, заморозилась в ожидании.
– Вы меня убьете, – сказал Игорь и почему-то сжал нательный крестик. – Я все испортил.
Игорь был весь высушенный, тонкий, как муха в оконном междурамье. Таня налила ему чай, а Даша села рядом и погладила его по спине. Игорь сделал два глотка, разлохматил себе прическу, сделался чуть более живым и рассказал, что сначала, пока он представлялся корреспондентом «Южных волн», все шло хорошо: люди говорили, что тем, кто болен, надо помогать, лечить, ну, или отвечали, что их отношение зависит от ситуации, кто-то рассказал про друга с депрессией, а один дедок вспомнил о Ван Гоге.
– А потом подошел мужик, мощный такой, в майке-алкашке, ну и давай разглагольствовать, что психи, мол, опасные, их надо убивать или изолировать, – говорил Игорь. – Так и сказал, прикиньте, убивать! Ну я не выдержал и сказал, что сам, в общем-то, являюсь психом.
Таня охнула, Астроном шлепнул себя ладонью по лбу, Даша вскрикнула, а Женя выкатил глаза. Игорь будто впитал их эмоции, сделался раздувшимся и уже громче продолжил, что потом началось не пойми что. Мужик стал орать на всю улицу, мол, тут маньяк и чтобы я, ну, отвалил от него, а сам при этом на меня шел, нависал прямо, размахивал руками, потом присоединилась тетка и стала грозить, что вызовет полицию, а дальше я уже не разбирал, было много людей и криков, я не испугался, но убежал. Вот.
Даша обняла Игоря, Таня подсела к ним с другой стороны и взяла Игоря за руку, Астроном запричитал, все успокаивали Игоря, говорили ему, что это просто мужик – идиот, он всех зарядил, а остальные не поняли ситуацию, а если бы знали тебя, они бы ни за что, но только, Игорь, лучше в следующий раз так не делай, лучше скажи…
– А ты это все записал? – спросила Саша.
– Ну да, как-то забыл даже выключить рекордер.
Саша выстрелила рукой в сторону Игоря, в руку вложился рекордер, из рекордера выдернулась флешка, и Саша тут же села монтировать. Игорь успел записать много реплик, разных, противоречивых, это хорошо, так, а вот и скандал… Саша оставила конфликт, вспенившийся вокруг Игоря, почти весь, убрала только долгие паузы и совсем нецензурную брань. «А этот мужик звучит даже страшнее, чем в твоем пересказе», – сказала довольная Саша, выдернув из уха наушник, и заметила, как еще сильнее набух Игорь. Саша резала-склеивала, ужимала-растягивала, и когда она сохранила дорожку, в студии уже никого не было. Вышла на улицу, где все снова сидели, Игорь и Даша курили, и сказала Игорю, что он настоящий журналист и записал по-настоящему острый материал. Игорь и без этого был надут, весь распушился и блестел.
– Я все отправила, можно отдохнуть, – сказала Саша. – А вы тут что?
– Я как раз рассказываю, что уже лет пять с каждой пенсии покупаю лотерейный билетик, – сказал Игорь. – Думаю, если что-то делать с постоянством, то это куда-нибудь выстрелит. Я надеюсь выиграть как минимум миллион.
– И на что ты его потратишь?
– Выучусь на психиатра, – ответил Игорь, и Саша, как это часто бывало, не поняла, шутит ли он.
Антон ответил быстро, Саша уже не удивлялась этому: наверное, он действительно поверил ей и рассчитывал, что психушечное радио принесет ему деньги и славу. Ему все понравилось, настолько понравилось, что он употребил в письме слова «вышак» и «уровень». Астроном даже спросил, что такое «вышак». Саша написала Антону: «А что там с нашим стрит-током про полицию?» Ей тут же пришел ответ: «Задерживается исключительно по техническим причинам, скоро выпустим». – «Ну окей, ждем», – напечатала Саша и убрала телефон в карман.
Саша и без Антона знала, что новая работа получилась классной, профессионально сделанной, яркой, что после этого к ним снова придут подписчики. А еще, может быть, наконец в их соцсетях начнут скандалить, обзываться и орать о том, что надо закрыть радио, – Саша ждала скандалов и считала, что они станут очередным и закономерным подшагиванием к успеху.
С такими мыслями Саша доехала до площади, вышла из маршрутки. Она уже не следила за Женей и его безопасностью, потому что он все активнее смотрел по сторонам и даже, кажется, наслаждался прогулками. У Саши было хорошее настроение, она успокоилась, чувствовала себя внутри бирюзовой, как горное озеро, гладкой и теплой, понимающей и доброй. Потом Саша увидела квасного Ваню, и ее бирюзовость заколыхалась. Она подошла, заказала квас себе и Жене и, пока Ваня наполнял стаканы, управляя толщиной пенки, спросила его, как дела. Просто – как дела.
– Саша, пожалуйста, давайте не будем говорить о том, что вы видели.
