А вот Даша не просто впустила в себя успех, она плавала в нем на мягком надувном матрасе, наслаждалась покачиваниями. Придя домой, она снова и снова рассматривала флешмобные селфи с бутылками, делала новые скриншоты и добавляла их в телефонную папку. Перед сном Даша надела поверх пижамы обычный черный балахон, зашла в ванную, встала перед зеркалом и причесалась. Потом пригладила брови и затемнила их карандашом. Налепила на скулы золотые блестки и повернулась к потолочной лампочке так, чтобы все лицо было на свету. Потом Даша сделала селфи. Сфотографировала свое уже пару лет как не фотографируемое лицо. Зашла в галерею, посмотрела на снимок и удалила. Посидела на краю ванны, открыла папку с удаленным. Восстановила селфи. После этого Даша заблокировала телефон, вышла из ванной, зашла в их с мамой единственную комнату и легла в разложенное кресло-кровать.
Когда позвонила еще одна журналистка из другого московского издания, Саша не удивилась. Она знала, что «радио психов» привлечет и других, сначала все напишут общее, потом начнут забираться в частности, потом придумают другую форму-рамочку и даже, наверное, дойдут до тестов в духе «Какой ты псих», а потом замолчат, пока «Ветрянка» не сделает что-то новенькое, необычное, что-то называемое «инфоповодом». Саша ответила, что на интервью она согласна, правда, при условии, что интервью дадут и все остальные члены редакции. Когда Саша обзванивала Игоря, Дашу, Таню и Астронома, чтобы уговорить их на интервью, она попросила ничего не рассказывать Джумберу, а лучше вообще никому. «Я потом все в один отчет соберу и отправлю», – соврала Саша.
Через три дня вышел новый текст, там были все ветряночьи голоса, каждый под своим псевдонимом, но Сашин монолог все равно поставили первым, а на заглавной картинке снова разместилась ее фотография, другая, но такая же сексуально-зовущая. Где же они их берут, подумала Саша. Надо удалить все фотки к чертям, подумала Саша. «Простите, а зачем вы поставили мою фотографию?» – написала Саша журналистке. Ей ответили, что других снимков не нашли и что, если уж остальные авторы скрываются, приходится ставить что есть, да и вообще, так интереснее и человечнее, не картинку же с психбольницей ставить. Человечнее, ага, подумала Саша, хорошо, что я не фоткаюсь в купальнике. Саша прокрутила свое интервью, почти не останавливаясь на строчках, и стала читать интервью авторов. В основном она знала все, о чем рассказывали Даша, Игорь, Таня и Астроном, но анонимность высвободила из них чуть больше, чем высвобождалось обычно, когда они были все вместе в студии, лицом к лицу, лицо перед лицом. Например, в Дашиной речи Саша трижды перечитала такой фрагмент:
Танин монолог тоже вонзился в Сашу:
В рассказе Игоря Сашу ничего не удивило, но кое-что позабавило:
Астроном, как обычно, был безмятежен и далек от всего непсихиатрического:
