Начались обычные дни: дом, «Ветрянка», Ванин квас, офис, Остапка, чьи-то квартиры, снова дом, Остапка, «Ветрянка», офис, Женя, завтраки, ужины, Ванин квас. Во время редколлегии, когда был перерыв, Саша и Даша пошли в главный корпус, потому что в их пристройке не было туалета, и по пути услышали, как в джумберовскую дверь толкается крик. Это что, Джумбер так орет, спросила Саша. Блин, ну да, а ты что, не знаешь про эту ситуацию, удивилась Даша. Какую ситуацию. Саш, я же на своем канале писала. Ну, я пропустила. Увольняют докторшу, Саш. За что?
– Слушай, это такая неприятная история, что я даже не стала предлагать ее для «Ветрянки», нас бы потом точно выгнали.
– Ого, даже так.
– Короче, тут есть докторша, говорят, хорошая, так вот, она назначила парню, прямо безнадежному парню, который пробовал все, включая электросудорожную, заграничный препарат. Он у нас в стране не зарегистрирован, но эффективный, это типа последний для него шанс.
– А как она назначила, если не зарегистрирован?
– Так, давай забежим, пока никого нет.
Саша и Даша заняли обе кабинки и потом синхронно из них вышли.
– В общем, докторша ему написала на бумажке название, дозировку и сайт, где можно заказать таблетки. А этот дурачок пошел к Джумберу, чтобы спросить, вдруг он знает, как купить не через сайт. И вот сегодня у них какой-то разбор полетов, при всех врачах, что-то показательное, а потом ее уволят, если уже не уволили.
Саша подшагнула к раковине и стала намыливать руки.
– Причем, мне кажется, это не то чтобы преступление, – продолжила Даша, которая намыливала руки над соседней раковиной. – Просто там какой-то компонент, что ли, у нас это считается типа наркотиком, хотя сами препараты невозможно использовать как наркотик. И раньше этот препарат был разрешен. В общем, тупняк, все как обычно.
Даша закрыла воду и потянулась за бумажными полотенцами, как вдруг рукава, закрывавшие ее запястья, подскочили чуть вверх. Даша вздрогнула, отпрыгнула от Саши и повернулась к ней спиной.
– Даш, а почему ты все время в черных толстовках? – спросила Саша, вглядываясь в Дашину спину через зеркало.
Даша повернулась и сказала:
– Наверное, если человек что-то не показывает, он вряд ли захочет об этом говорить.
Когда Саша и Даша пошли обратно в студию, они увидели, что возле джумберовской двери сидит Леша.
– Ты чего тут? – спросила Даша.
– Так, а вы в курсе, что происходит? – спросил Леша.
– В курсе, конечно, – ответила Даша. – Ты к этому как-то причастен?
– Я хочу попросить за парня, он из моей студии, Саш, ты его видела, когда заказывала логотип.
Леша посмотрел на Сашу, и в нее будто бы врезались острые ножи. Неужели все-таки влюбилась, подумала Саша, неужели в него, вот в этого Лешу. Или это колется обида на него.
– А о чем просить? – Саша пыталась звучать замороженно, хотя внутри нее текла лава.
– Боюсь, что Джумбер его выкинет, а ему никак нельзя отсюда уходить, там жуткая семья и нищета, он просто умрет.
…Если бы в Саше не было этого черного, кто первый заговорил бы про свидание: она или Леша…
– Как его зовут?
– Максим.
…Если прикрыть это черное чем-то светлым и красивым, получится ли жить обычно… Или хотя бы делать вид, что живешь обычно…
– Леш, я хорошо узнала Джумбера, и он точно не злодей.
– Он и не злодей, он тиран.
– Строгий, но не тиран. Джумбер точно не будет убивать парня.
– Я бы поспорил, но слишком высокие ставки.
– Давай я поговорю с Джумбером?
– Почему ты?
– Он меня любит, а тебя терпеть не может, это, прости, очень заметно.
Крик выдавил джумберовскую дверь, а вместе с ней выдавилась и маленькая женщина с красным, мокрым лицом, побежала на улицу. Саша вытянулась к докторше, чтобы поймать ее, схватить за руку, но та оказалась быстрой и выскользающей. Саша сама не поняла, зачем попыталась ее остановить, наверное, чтобы эта маленькая женщина рассказала, что все не совсем так, а Джумбер справедливый и мудрый, просто на нем слишком много ответственности, и не какой-нибудь финансовой или бумажной, а измеряющейся в жизнях, заставляющей его порой перебарщивать. После докторши высыпались и другие белохалатные люди, их было немного, но все уходили почти так же быстро, как и она. Джумбер не показался, значит, остался внутри. Пока дверь не закрылась, Саша забежала в секретарское болото, крикнув Даше и Леше: «Не ждите!» – и запрыгнула к Джумберу.
Он сидел за своим пустым столом, был такой же отглаженный и аккуратный, как обычно, такой же спокойный, как и всегда, словно после шума, распиравшего кабинет пару минут назад, прошел год или больше. А кто сказал, что кричал Джумбер?
– Привет вам, Саша, – он встал и показал рукой на стул. Саша села, Джумбер тоже. – Пришли рассказать мне о вашей славе?
– Для этого у меня есть эсэмэски, – Саша улыбнулась.
– Тогда расскажите, как ваши дела?
– Яков Леонидович, я хотела спросить про эту историю с заграничным препаратом…
– А что вам интересно, Саша?
– Почему вы увольняете сотрудницу и…
– Саша, при всем моем теплом отношении к вам, к сожалению, я не могу обсуждать это с вами. Это в интересах штатных сотрудников, таковы правила.
