- Ивану отдай и иди отсюда. - сказал князь, а потом, Ивану. - Похмеляйся давай, и рассказывай, что придумал?
***
Вот у меня в такой ситуации комок к горлу подкатил бы, точно подкатил, в знак благодарности, так что ли. Но я университориев не заканчивал и не потому, что выгнали, а потому, что не поступал я никогда в эти самые университории, и подозреваю, не один я такой...
Иван же принял жбан с пивом совершенно спокойно, как будто такое происходило каждый день, а может и происходило, кто знает? Спросил дозволения присесть, присел, осушил где-то с полжбана, выдохнул как бы с облегчением, рукавом рубахи вытер рот и благодарно посмотрел на князя, мол, готов я, спрашивай...
- Ну, рассказывай, что надумал, нахороводил? - усмехнулся князь.
Иван посмотрел на жбан, вернее на то, сколько в нём ещё осталось, и начал излагать свою премудрость, якобы на хороводах голову посетившую:
- Прошлый раз, князь-батюшка, я тебе говорил, что из всего из этого пользу надо для княжества-государства извлечь и пользу максимальную. - Иван ещё разок приложился к жбану и продолжил. - Тут ведь самое место и время для высокой политики получается. Сейчас объясню.
Можно конечно поехать к царю Салтану, глаза ему на эту бабу раскрыть, вывести её на чистую воду, ну а дальше он сам разберётся, не до конца же дурак. Только вот толку с этого никакого не будет, для княжества нашего не будет, да и вообще, никому не будет, даже Салтану.
- Ну-ка, поясни свою премудрость.
- А что тут пояснять? Тут и так всё ясно. Смотри. Предположим, поможешь ты царю Салтану, а дальше что?
- Что?
- А ничего! - Иван, не иначе как заинтриговав князя дальше некуда, нисколько не стесняясь ещё, раз приложился к жбану. - Польза-то конечно будет, но минимальная и совсем на чуть-чуть. Сам знаешь, среди кого живём, не любят у нас откровенно добрых дел.
- Можно подумать у нас недобрые дела любят. - усмехнулся князь. Он пока что не понимал, куда клонит Иван, потому и перебивал. Правда делал он это не для того, чтобы скорее поймать Иванову мысль, а просто, ну чтобы не сидеть пнём безмолвным, чтобы как бы в разговоре тоже участвовать.
Оно ведь это чем хорошо? Хорошо оно тем, что потом, ну если премудрость Иванова понравится, чуть погодя её можно будет за свою выдать, и не прикопаешься, в разговоре-то участвовал! А кто там чего и сколько наговорил, поди потом, разберись. Да и князь всё-таки, особо не поспоришь.
- Ты как всегда прав, князь-батюшка. - вообще-то Ивану было глубоко, сами знаете до чего, что там говорит князь. Иван сейчас пересказывал то, чему его Черномор научил, ну разве что в своей интерпретации, в премудрой. - Недобрые дела у нас тоже не любят, поэтому действовать будем посерединке.
- Как это?
- А вот так, - Иван опять приложился к жбану. - пользу для себя извлекать. Вот тут, когда мы пользу для себя, ну и для княжества нашего извлечём, тогда и нам будет хорошо, и все вокруг надолго запомнят, потому как поймут, но поздно будет, обвели их вокруг пальца, обманули.
- Ишь ты! Ловко придумал! Давай дальше...
- Вся премудрость в том и состоит, что обманывать мы никого не будем, мы правду будем говорить, только нашу правду. Понимаешь?
- Понимаю. - кивнул головой князь, хотя ничего не понял, но это мелочи.
- Нам сейчас пропиариться надо.
- Чего, чего?!
- Пропиариться. Это слово такое премудрое. Означает - показать себя во всей красе, ну и с лучшей стороны, разумеется.
- Тьфу ты! И где же ты слов таких понахватался?!
- В университории, где же ещё?!
- Ладно, давай дальше. А что, у нас худшие есть? Ну-ка говори, не темни!
- Есть конечно, как же без них, но мало их у нас. Вот нам и надо будет их ликвидировать.
- И что за стороны такие? - завёлся князь, а Ивану того и надо.
- Худшая сторона наша, для нас очень неприятная, она вообще-то одна - знают о нашем княжестве мало, а если знают, то так: где-то, что-то слышали и всё. Надо нам о себе рассказать, о тебе, великий князь, это в первую очередь, ну и о княжестве о нашем великом. А народ, он хоть и дурак, он сразу поймёт, вот оно значит, как жить да княжеством править надо!
- Ну это понятно. - "Ловко загнул, мерзавец, но Людку за тебя не отдам, и не надейся. Хотя, если все выгорит, как ты тут всё это разлялякиваешь, можно будет и подумать. А пока, пока, если пива ещё попросишь, дозволю. Пей, не жалко".
- Ну а если понятно... - Иван допил пиво, и, наверняка все дело в премудрости, прочёл мысли княжеские, как минимум, насчёт пива, потому как посмотрел на него, невинно так посмотрел.
На этот раз князь не кричал, не звал, а просто хлопнул в ладоши. Ясно дело, всё повторилось один в один, как и в прошлый раз - ввалилась толпа из верных слуг. На этот раз князь сначала показал пальцем на одного из них из тех, кто, то ли боярин, то ли дворянин, неважно, а потом на жбан.
Тот, осчастливленный милостью княжеской взял жбан, но не побежал, как давеча тот, безродный, а степенно вышел из залы. Остальные, видимо дошло, что им на этот раз ничего не обломится, вернулись на исходные позиции, так сказать.
