Василиса отстранилась от оборотня и словно увидела его другими глазами. А Палкович перестал изображать приветливость. Лицо его стало жёстким, губы изогнулись в злой ухмылке.
– Что верно, то верно! – заявил злодей. – Ивану до меня, как до луны. Я умнее его, культурнее и амбициознее! Я захвачу весь мир!
Он злобно загоготал, а глаза его вспыхнули красным.
Василиса попятилась и тихо сказала:
– Нет, ты и правда не мой Иван. Мой Ваня, может, и не такой умный и обходительный, но он добрый! Он не станет захватывать весь мир.
– Ну и дурак! – хмыкнул Палкович и щёлкнул пальцами.
Когда лже-Иван щёлкнул пальцами, звук этот пронёсся по всему дворцу и достиг подземелья, где ждали своего часа полчища чучел. Страшилища ожили. Потолок над ними открылся, давая проход прямо на площадь у фонтана. На глазах изумлённых зрителей тыквоголовая армия вылетела наружу. Чучела взмыли в небо, а затем спикировали на столы, окружая всех присутствующих. На нападение среагировали только охранники американского президента – они тут же прикрыли его своими телами. Остальные как стояли, так и остались стоять.
– Да начнётся битва! – прорычал Палкович, запрыгивая на верхушку фонтана.
– Стой-стой-стой! – замахал руками Царь. – Это наша битва. Нечего в неё посторонних впутывать! – Он повернулся к пушистому учёному и велел: – Кот, проводи наших иностранных гостей в безопасное место.
Тот не стал спорить: он и сам хотел поскорее отсюда убраться, поскольку не был большим любителем батальных сцен.
– Всех прошу за мной! – поставленным голосом экскурсовода позвал Кот и приподнял длинную скатерть на самом большом столе.
Важные иностранные гости опустились на четвереньки и друг за другом проследовали под стол.
– Всем удачи! – бросил напоследок Кот и тоже скрылся.
Палкович усмехнулся и повторил:
– Да начнётся битва!
Обезьянка засучила рукава, Царь сжал кулаки, Василиса встала в боевую стойку, а Волк просто обнажил зубы.
И драка завязалась. Хрустели сломанные палки, разлетались ошмётки тыквенных голов. Волк перепрыгивал с одного чучела на другое. Василиса рубила деревяшки ребром ладони. Соловей сбивал их свистом. Царь и вовсе достал спиннинг – это такая удочка с особой катушкой – и принялся ловить тыквоголовых на крючок и забрасывать куда подальше. Даже Иван наносил урон. Небольшой, но всё же – об него все постоянно спотыкались.
Из-под стола выглядывало множество пар любопытных глаз. От Кота не укрылся интерес зарубежных гостей, и он добродушно пояснил:
– Перед вами классическая русская забава – кулачные бои.
Иностранцы понятливо закивали.
Наши знакомые крестьяне, Тонкий и Толстый, не стали принимать участие в потасовке, а благоразумно спрятались. Правда, не под столом – там места уже не осталось, – а за ним. Оттуда они вдвоём и наблюдали за баталией.
– А мы-то на чьей стороне? – спросил Тонкий.
– На стороне тех, кто победит, – уверенно отозвался Толстый.
– А кто победит? – нахмурился Тонкий.
– Вот это я не знаю, – признался Толстый.
– Давай так – ты за этих, а я за тех, – предложил Тонкий. – Тогда в конце либо я тебе сдамся, либо ты мне!
– А кто из них – эти, а кто – те? – засомневался толстяк.
– Неважно, – отмахнулся Тонкий. Для верности надо было тоже драку изобразить, так что он скомандовал: – Бей меня.
Толстый от души врезал брату, да так, что тот отлетел в сторону.
– Да не так же сильно! – взвыл Тонкий и кинулся мстить.
А битва продолжалась. Казалось, тыквоголовым не будет конца.
– Вам их не остановить! – расхохотался Палкович. – И меня тоже!
Этого наш Иван выдержать уже не мог. Он рванул на обидчика.
Хоп, хоп, хоп...
Уф, долго он кувыркался. Маленький же, пока полплощади прокатился, почти весь завод израсходовал! Нет, не добраться ему до злодея. Оставалось по сторонам смотреть. Друзья его бились из последних сил. Волк уже никого поймать не мог, Василиса пропускала удары, а Соловей явно задыхался.
Разбойника подцепил на удочку Царь и притянул к себе.
– Без Кеши не управимся, – сообщил он, усаживая одноклассника в кресло ковра-самолёта. – Дуй за ним, только скорее!
Тут он заметил, что соседнее кресло пустует. Соловей на ковре уже взмыл в небо – за Кешей полетел, а государь опешил:
– Ой, а где моя щука?
Рыбина зря времени не теряла – прямо в ведре скакала в сторону ближайшего колодца. В последний момент Царь успел перехватить добычу.
– Куда это ты собралась? – проворчал он, прижимая улов к себе.
– Отпусти меня, старче, – взмолилась щука.
– Так ты говорящая, что ли?! – изумился Царь. – А чего сразу не сказала?
– Так ты не спрашивал, – отозвалась рыба.
– Понятно. – Царь поставил щуку в ведре перед собой. – Тогда оформляй по полной, три желания. Значит так... Первое – новая удочка.
В его руке тут же появилась снасть. Государь удовлетворённо кивнул.
– Второе – моё фото с тобой на обложке журнала «Рыболов».
Раз! – и вот уже в другой его руке лежит журнал. На обложке всё, как заказано – сам Царь и его огромный улов.
