Всем этим я могла заниматься только потому, что всю остальную работу взвалил на себя Яков Семёнович. Нечаянно я даже его сыновей привлекла к работе. Алекс, который хорошо рисовал, выполнил мне несколько штампов для печенья с разными рисунками. С кувшинчиком льющегося молока — это молочное, с орешками и белочкой — ореховое, просто с чашкой чая — сливочное. Выпеченное печенье аккуратно складывалось в плетеные короба, перекладывалось вощеной бумагой. В такие же короба укладывался и плиточный ирис.
Для монпансье, в конце концов, остановились на маленьких керамических круглых коробочках, в качестве тары. Ну, нет жести, нет! А из чугуния точно не получится производить тару — не поднимут. А ещё я занялась любимым делом всех попаданок — изобретением миксера. Нет, самый обычный венчик был в хозяйстве, чего уж напраслину возводить, не каменный век. Но для моих задумок с зефиром венчик мало подходил — руки отвалятся.
И я села думать, вспоминая, как он вообще устроен, и что там есть, исключая электродвигатель. Это сразу отпадает. Но в голову ничего не приходило. Пока я случайно не увидела, как кухонный мужик взбивает масло в маслобойке. Этакое узкое, высокое, около метра высотой или чуть поменьше, сооружение из деревянных плашек, скреплённых обручами из металла. Внутрь наливалась сметана, в нее погружалась деревянная палка с крестовиной на конце и начинали этой палкой движение вверх-вниз. Так и получалось масло.
Я стояла, раскрыв рот, а в голове мелькнула картинка — вот сидит этот мужик на лавке, а пред ним стоит похожее сооружение, только пониже и пошире, а с боков торчат велосипедные педали. А внутри вращаются два венчика, связанные с этими педалями. И мужик эти педали вращает ногами. И я помчалась искать Давида, вряд ли мальчик меня засмеет.
Давид ожидаемо нашелся возле инженера. Они оба внимательно выслушали мои сумбурные объяснения, я ведь для улучшения процесса объяснения ещё и помогала себе руками, то есть размахивала ими в разные стороны. Переглянувшись и сочувственно вздохнув, мне придвинули листок бумаги и грифель. Про свои художественные таланты, точнее, про их полное отсутствие, я уже как-то говорила, поэтому мой рисунок оказался непонятен не только для технарей, но и для меня самой. Но появившийся Алекс, к моему удивлению, все понял и вполне приемлемо изобразил то, что я хочу.
Выдав им техническое задание, я посчитала свою миссию выполненной, и гордо удалилась. Каково же было мое удивление, когда я получила через несколько дней опытный образец. Бондарь выполнил сей сосуд, кузнец выковал детали. Соединили все это в кучу инженер и Давид. И вот настал торжественный момент начала эксперимента. Выгнав с кухни всех лишних, остались только своим проверенным коллективом — я, Марфа, Вера. Сегодня ещё и кухонного мужика оставили.
Надо оговориться сразу, что желатина у меня не было, а агар-агар я случайно купила в Вязьме в аптеке. От каких уж болезней его там пользовали, неизвестно, но цена у него была… головокружительной. Поэтому купила я его немного. Но в том же ролике упоминалось, что раньше зефиры готовили и без желирующих добавок, используя либо густые сливки, либо просто так, но долго взбивая яблочное пюре и белки.
Посему было решено испробовать все три варианта — с агаром, со сливками и ни с чем. Заранее испечено много яблок, выскоблена мякоть. Отделенные куриные белки охлаждены на леднике. Бабушка меня учила такой простой премудрости — белки лучше взбиваются, если они холодные и в них вначале добавлена щепотка соли, ещё до сахара. Просеяно нужное количество сахара, бутылочка с яблочным уксусом тоже стоит. Нещадно заинструктированный до полусмерти кухонный мужик вымыл ноги до колен в двух водах. И… понеслась!
Сушился наш зефир почти сутки. Пробовали всем кухонным составом. Признано было, что на агаре самый удачный. Со сливками тоже вполне достойный. Без ничего малость жидковат, но тоже вкусный. Удачно, что на обед к нам пожаловали и Заварзины, и отец Василий завернул. Поданный десерт оценили весьма высоко.
Но было и немного грустно. Все необходимые подписи собраны, ходатайство в епархию Смоленска отец Василий подготовил, оглашение в церкви два раза проведено. Завтра Андрей уезжает в Смоленск. Пока у нас есть время — две-три недели до начала массовой уборочной страды, надо успеть закончить это дело. И мне уже заранее стало тоскливо, привыкла, что практически каждый день Андрей заезжал в Темкино. Хоть на полчаса, хоть чашку чая выпить торопливо, узнать, как у меня дела, чем занимаюсь, нет ли мне какой угрозы.
И я охотно делилась своими планами, задумками, удачами и неудачами. Видела, что жениху это и в самом деле интересно, а не просто из вежливости мою трескотню слушает. И Надюша частенько бывала у меня в гостях. И я решила, пока Андрей будет ездить (а обещал управиться за неделю!), что я поеду в Вязьму. Надо же моему партнеру — владельцу чайной новый товар продать, самой посмотреть, что сейчас на рынке торгуется, познакомить население с новыми овощами.
Глава 45
