Неприятно будет, но прятаться – трусость. И глупость. Шила в мешке не утаишь, все и так знают, что на герцога Окделла набросилась собственная сестра. Единственный выход – появиться как ни в чем не бывало, и он появится во дворце завтра же! Катари назначила ему аудиенцию, если он не придет, над ним станут смеяться, и первым будет Придд. Что ж, в глаза говорят меньше, чем в спину, а для особо наглых есть шпага, лучшего ответа любителям пошутить еще не придумали.
Дьегаррона Марсель в лицо не знал. Маркиз был не из тех, кто торчит в столицах, а Валме до недавнего времени принадлежал к столь нелюбимому вояками племени паркетных шаркунов, тем не менее встреча началась очень мило.
– Прошу… – хозяин указал на обитые рыжим атласом кресла. – Полагаю, вы голодны.
– Мы обедали, – немедленно заверил Марсель. Давенпорт промолчал, надо полагать, сочинял рапорт о переводе в Южную армию.
– Значит, будете ужинать, – постановил генерал. Выглядел он неважно, раны в голову так просто не заживают. – И я с вами, с утра ничего не ел. Валме, я третьего дня получил письмо от вашего батюшки, он о вашем приезде не упоминает.
– А он о нем и не знал, – и не подумал финтить Марсель, – я и сам-то ни кошки не знал, все случайно вышло. Рокэ нас покинул, я отправился следом и налетел на Давенпорта, он ехал из Олларии. Мы обменялись новостями и свернули к вам.
– Правильно сделали, – Дьегаррон откинулся на спинку кресла. Валме когда-то слышал, сколько ему лет, но, как назло, забыл. – Я слушаю.
– Чарльз, – перебросил мяч спутнику виконт, – похоже, ваши новости важней моих.
– Как скажете. – севший было Давенпорт поднялся и вылез на середину комнаты. С этими военными не соскучишься. – Правильно ли я понял, что вы ждете приказа Первого маршала?
– Жду, – кивнул курчавой головой Дьегаррон. – Этот приказ у вас, не так ли?
– У меня нет никакого приказа, – залопотал теньент, отчаянно напоминая разбуженного Герарда. – Я покинул столицу вместе с полковником Анселом, когда Рокслеи захватили короля.
– Что вы сказали? – генерал вскочил и болезненно сморщился. Бедняга! С больной головой и узнать такую пакость. – Постойте-ка!
Дьегаррон распахнул дверь.
– Лиопес, – а вот голос маркиза звучал почти весело, – разыщите епископа, да поживее!
– Губернатора тоже? – спросили из-за двери.
– Успеется. Явится Бонифаций, сразу накрывайте на четверых. – Кэналлиец вернулся к рабочему столу, но не сел, а как-то странно, одними плечами, прислонился к стене. – Подождем святого отца, он у нас умный. Вы когда выехали?
– Пятнадцатого Ветров, – начал Чарльз, его лицо стало жестким, – то есть шестнадцатого. Пятнадцатого я предпринял попытку убить маршала Рокслея и пробрался к полковнику Анселу. Когда начался мятеж, он заперся в казармах с резервным полком из Дорака и третью гарнизона. Я рассказал об аресте Фердинанда и предательстве Рокслеев и Морена. Отбивать город и штурмовать дворец с нашими силами было бессмысленно, и Ансел принял решение уходить. Мы выступили ранним утром, нас не задерживали, по крайней мере, до Корты. Оттуда я повернул на юг.
– И встретил виконта, – теперь внимательные черные глаза глядели на Марселя. – Что ж, сударь, теперь ваш черед. О фельпской кампании я в общих чертах осведомлен.
– Тогда не буду повторяться, – за какими-то кошками Валме тоже вскочил, вот уж с кем поведешься… – В конце лета герцог Алва получил приказ оставить армию на Эмиля Савиньяка и переехать в Урготеллу. Мы переехали.
– Кто «мы»?
– Сам соберано, его порученец, ваш покорный слуга и кэналлийская охрана. Да, с нами были еще фельпцы.
– А это что еще за птицы? – маркиз прищелкнул пальцами и смутился. Иногда он казался пожилым человеком, иногда чуть ли не мальчишкой, только виски были седыми. Славный человек, только вот расхворался не ко времени.
– Сын адмирала Джильди, он капитан галеры и наш друг. Рокэ… Маршал Алва откупил у Фельпа три галеры.
– Что дальше?
– Дальше? – невольно насупился Валме. – Дальше мы сидели, как куры в мешке, потому что письма, которые не крал Манрик, крал Фома. До нас не доходило ничего, кроме королевских приказов, Алву это бесило… Мы понимали, что в Талиге что-то не так, и готовились к войне с Бордоном.
– Только с Бордоном? – Дьегаррон Алве родич или нет? Наверняка какой-нибудь троюродный кузен. – О Гайифе речь не шла?
– Рокэ говорил, – припомнил виконт, – дожи – это закуска.
– Так и есть, – кивнул генерал, – «дельфины» – дорога к «павлину». Что произошло потом?
Потом были отравленные лилии, маэстро Гроссфихтенбаум с его скрипками, принцессы, осень и безумный вечер, когда и слепой бы сообразил… Валме прокашлялся, лилии и принцессы маркиза не интересовали, а последняя песня… Про нее ничего не объяснишь даже кэналлийцу.
– Двенадцатого Осенних Ветров Алва что-то узнал. – И делал вид, что все в порядке, мерзавец! – Следующим утром он исчез вместе с галерой Джильди, даже своих кэналлийцев бросил.
– И вы?
– Я поехал в Талиг. – Из Тронко все его эскапады казались смешными и нелепыми, каковыми и являлись. Виконт Валме бросается на помощь Ворону! Изумительный сюжет…
