Пельмешки, стоит сказать, были весьма хороши. Доставляли их, как и все продукты, «с материка», то есть из обычного мира, и на них никогда не экономили, предпочитая качество количеству. А потому в упомянутых изделиях из теста мяса было больше, чем в дорогой магазинной колбасе. Конечно, учёный мог бы и сам приготовить фарш, раскатать тесто и налепить пельменей, но лень доминировала над ним. Он был человеком умственного труда, потому домашние хлопоты не слишком любил. Однако, несмотря на лень, майонез к ним готовился лично Никанорычем по старому рецепту его покойного отца. Стоит отдать должное, блюдо получалось — пальчики оближешь. А в совокупности с неповторимым и манящим ароматом, который оно источало, просто сводя с ума всякого истинного ценителя натуральных, вкусных пельмешек, это был просто шедевр кулинарного искусства. Именно так и считали две предприимчивые синие мыши с прекрасным вкусом и не менее чудесным обонянием. Сегодняшний день принёс им сразу две хорошие новости. Во-первых, они просто не могли не учуять восхитительный запах, который распространялся со скоростью света по вентиляции. Во-вторых, их скромное творение, анонимно выставленное в галерее, таки было замечено.
В истории человечества было много всяких дней «Д», «Икс», «Z» и так далее. Мыши не стали выдумывать велосипед. В общем, сегодня был «тот самый день». День, когда их искусство тыринга должно было пройти очередное испытание. Экипировка была готова еще за два часа до высадки. Бонни проверила план вентиляции, все ходы и варианты отступления. Никаких промашек допускать было нельзя. Иначе они теряли и добычу и дом.
Как нужно готовиться к делу всей своей жизни? Наверное, хорошо. Именно так и думал Клайд. Он ещё раз убедился, что ничего не забыл взять, но внутри было какое-то странное тревожное чувство. Что же не так?
Бонни, заметив странный вид напарника, критически осмотрела целый склад инструментов и покачала головой:
— Ты что, на тележке это всё покатишь? Куда столько?
— Ну, хорошо, и что лишнего я, по-твоему, взял?
Бонни отделила примерно семьдесят процентов предметов и развела лапами:
— Вот как-то так.
А в это время в уютной маленькой пельменной уже горели свечи. Народ собрался за большим дубовым столом в ожидании хозяина заведения. Тот немного опаздывал, но это никого не расстраивало. Люди живо обсуждали новости, рассказывали друг другу забавные истории и перемывали косточки общим знакомым. Всё как обычно. Он пришёл, как всегда, неожиданно, сел за стол и, кашлянув, привлёк общее внимание:
— Приветствую вас, братья. Сегодня наш орден собрался для юбилейной пятидесятой встречи. Это не обычная встреча. Я хочу представить вам нового члена нашего тайного общества. Знакомьтесь, это брат, свято чтущий наши общие ценности: великую Богиню, творчество и пельмени!
К столу подошёл молодой человек, скромно улыбнулся и протянул руку первому, кто к нему подошёл. Тот пожал руку и обнял его:
— Приветствую, брат!
Общество Виноградного Велосипеда приняло нового члена. Его быстро ввели в курс дела, по ходу пояснив правила, привилегии и обязанности участников собрания. А затем все дружно предались процессу поглощения пельмешков. Все, кроме него. Невысокий полноватый мужчина скромно сел в дальнем углу комнаты и что-то записывал в блокнот.
Как выбить палас — вездеход? Особенно, если он гусеничный? Наверное, сложно. А именно его увидел перед подъездом Антон. В сказках ковры-самолёты, а тут…
Пора бы уже ничему здесь не удивляться. Да всё никак не получается.
Его часто удивляло, сколько здесь странных предметов, которые существуют только потому, что кто-то их придумал, а не потому, что они нужны. Правда, для человека, прожившего двадцать лет в мире айфонов, парикмахерских для собак, и электрических вилок для спагетти, этот мир выглядел не таким уж и странным.
Антон выдохнул. Так, к чёрту ковры, паласы и прочий бред. Надо развеяться, пока не пришёл Никанорыч, и не проснулся красавчик — мотоцикл.
За время пребывания здесь его уже начали доставать некоторые нюансы. Например, вчера учёный, придя домой объявил:
— Ребята, есть две новости.
— Начинай с любой, — обречённо пробормотал Антон, зная, что экстравагантный Никанорыч вечно что-то удумает такое, что хоть стой, хоть падай.
— Думаю, ни для кого не секрет, что вы живёте у меня. Про вас узнали все, кто только мог. И сразу же заинтересовались. А здесь контингент, сами понимаете, какой. А теперь хорошая новость — чтобы они не докучали, я им всем сказал, что вы пара. Пусть остудят пыл.
— Час от часу не легче. Тоже мне пара.
Антон грустно опустил глаза. Теперь все будут думать, что они — семейка нетрадиционной ориентации. Как и большинство здесь. Конечно, Никанорыч объяснял, что не все в районе «голубые», и есть просто странные товарищи, которым не нашлось места в обычном обществе. Но их двоих только что приписали именно к самым, что ни на есть, настоящим, гомикам. И это ему совсем не нравилось.
