— Не помрёшь. А теперь иди, найди этого сукиного сына и заставь его полюбить тебя сильней, чем мать родную, футбол и пиво вместе взятые! Давай-давай, я в тебя верю!
Алиса опустила голову.
— Всё равно, странно это всё. Какого чёрта обычный мужик будет здесь делать?
— А почему нет? Вот я что, похож на «голубого»?
— Ты? Ну, если пофигизм объявят сексуальной ориентацией, ты станешь ярчайшим представителем!
— Меньше слов, больше дела!
— Хочешь, чтобы я пополнила свою грандиозную коллекцию обломов с парнями новым экспонатом? О'кей, но если что, запомни — во всём был виноват ты.
Макс ничего не ответил, а лишь помахал подруге рукой. Та показала ему в ответ язык.
Антону всю ночь снилось, как он пересекает бурную горную реку в каноэ. Впереди высокий обрыв с водопадом, он падает вниз и… начинает захлёбываться. Вот именно от этого он и проснулся. Успев набрать через нос полстакана воды из ванны. Наспех выпрыгнув, прочихавшись и накинув полотенце, он распахнул двери и столкнулся нос к носу с мотоциклом. Они посмотрели друг на друга. В этот момент из комнаты вышел Никанорыч, понимающе улыбнулся и выдал:
— Ладно, ребята, я в туалет, не буду вам мешать.
Антон с мотоциклом снова переглянулись и молча разошлись, первый — на кухню, второй — в ванную. Ситуация глупая и неловкая, но поднимать шум из-за неё не имело смысла.
Подкрепившись и напившись чаю, Антон задумался о том, что пора бы получше исследовать это место, раз уж так здесь «задержался». Оставалось только найти проводника и отправиться в путь. Без проводника он рисковал снова напороться на каких-нибудь гопников, а то и ещё хуже. Хотя всё лучше, чем сидеть посреди района «голубых» и краснеть из-за всяких неловких ситуаций.
Но для начала ему хотелось сходить в бар, выпить, отдохнуть, послушать ненавязчивую, спокойную музычку. Оставалось найти здесь какой-то кабак, более-менее адекватный в плане публики. Никанорыч такое место знал и даже рассказал, как туда добраться.
Минут сорок ушло на то, чтобы, учитывая особенности местности, добраться до этого паба. По правде говоря, открывая дверь заведения с вывеской «Паб у Макса», он немного опасался, что учёный подшутил над ним, и внутри его ожидает типичная «Голубая устрица». Всё же не стоило забывать, что пребывание в любом заведении района, полного извращенцев всех мастей, ничего хорошего не сулило. Но, чёрт с ним! Антон вошёл и направился прямо к барной стойке. Бармен — мужик лет тридцати, на вид вполне адекватный и без замашек. В зале человек пять-шесть, не больше. Внимания на вошедшего никто не обратил. Кажется, пронесло…
Бармен, всё это время протиравший стаканы, поднял голову, разглядывая нового посетителя. «Неужели?» — промелькнула мысль в его голове. — «И где носит Алису, когда добыча уже в силках?»
А Алиса в паб таки пришла, но двумя часами позже, когда все, кто только мог, уже уволокли оттуда ноги. Кто сам, кто на руках товарищей. Кроме Антона, распробовавшего на халяву три-четыре сорта дорогого виски двадцатилетней выдержки.
Она скинула кожаный плащ и бросила его на стул, стоящий у барной стойки.
Макс подозвал подругу и шепнул на ухо:
— Он здесь, в пабе, я его видел!
— Кого видел? Привидение?
— Нового парня, про которого тебе вчера рассказывал. Молодой, симпатичный мужик, на «голубого» не похож. Уж поверь моему опыту.
— Ну, Максик, смотри! Надеюсь, тебя чутьё не подвело. Иначе упавшая самооценка отобьёт мне все пальцы на ногах!
— Не нервничай, грудь вперёд, за походкой следи и выражение лица попроще. А то вид такой, словно съела что-то невкусное.
— Всё-всё, поняла. Ну и где же он?
— Сидит за крайним столиком справа, со стаканом виски. Видишь?
— Ну, вижу. Только вот, судя по состоянию, ему сейчас баба нужна, как мне нимб и арфа.
— Так, я не понял, ты суккуб или прыщавый подросток с комплексами? Живо дуй соблазнять своего героя. Считаю до пяти!
— Ладно-ладно, не кипишуй, — сказала Алиса. Она посмотрелась в зеркальце, поправила волосы и неторопливой походкой хищницы направилась в дальний конец зала.
Макс, наверное, полтора часа ждал, когда они выдут из паба вместе. А ещё через час Алиса вернулась, ничего не говоря, и, плюхнувшись на стул, начала биться головой о стойку.
— Эй, что с тобой?! Успокойся!
— Успокоиться?! Это мне успокоиться?!!! Иди ты ко всем чертям со своими утешениями! Не хочу я успокаиваться. Хочу надраться какао или чего угодно, лишь бы не ощущать «ЭТО»!
— Что «это»? И что уже стряслось?
