В следующую комнату, где играли «шишки», вела еще одна закрытая дверь. Тут уже ломать не пришлось — все нужные ключи нашлись у вырубленного охранника. Открыв ее, дядя вломился в прокуренную каморку, и для вескости выстрелил единственному охраннику — бугаю в кожаной куртке — в ногу. Тот схватился за неё и заорал.
А вот игроки в покер… Чёрт, да я их узнал! Вон тот полноватый седой мужик лет шестидесяти — это Гарри Келлер, бывший менеджер группы моего отца. Именно этот толстяк в свое время обделил его гонорарами, отчего они поссорились и батя ушел из Локэш Блок Гэнг. Вон тот важный техасец в ковбойской шляпе и с техасским галстуком на шее — известный бизнесмен, с которым мой батя некоторое время вёл дела — этот техасский мешок бабла инвестировал в бизнес отца пару миллионов долларов, и не прогадал — кроссовки «Сайпресс» разлетались как горячие хот-доги. А вон тот угрюмый лысый мужик в свитере — Роберт Джон Кингз-младший, внук известного политика, погибшего от руки неизвестного гангстера в сороковые. Сам же Роберт не пошел в политику, но преуспел в бизнесе, создав соцсеть «Фейс-Журнал». Столько важных и известных людей — и все в одном месте.
— Всем не двигаться, иначе следующие пули полетят в вас! — крикнул дядя. — Си и Зи, гребите деньги в сумки, по ходу, в одну они не влезут. Джей-Эм — ты следи за выходом, а я и Эм Си подержим на мушке богатеев!
— Так и знал, что эта игра обернется таким дерьмом, — дрожащим голосом пролепетал Келлер, бросая карты, — Так и знал, так и знал…
— Заткнись, еврейская морда! — вырвалось у меня, и я заехал рукоятью ему по макушке. Слегка, не так, чтобы вырубитъ.
Мигель и дядя держали на мушке «богатых гринго», я и Цикатриз гребли деньги со стола. Я, может, и был избалованным сынком одного из величайших рэперов, но такое количество налички видел впервые. Наверное, потому, что в основном пользовался кредиткой. Я не знал, сколько всего там было «мертвых президентов», наверное, больше сотни тысяч, но большая часть денег поровну влезла в наши сумки.
Когда на столе осталось несколько жалких пачек, которые не влезли в сумки, дядя скомандовал отход.
По-прежнему держа богатеев на мушке, мы вышли.
В переулке отвратительно воняло отбросами. Несколько бомжей грелись у бочки с огнем, за мусорный бак шмыгнула крыса. Когда мы выскочили на тротуар, то нас ждала неприятность… Машины дяди на месте не было. Черт! Неужели ублюдки в синем угнали её?
— Садитесь к нам, — сказал Хорхэ, когда Си вырубил сигнализацию в «Кадиллаке», — У «Кадиллаков» большие задние сидения, вы уместитесь.
— Спасибо, братан, — приобнял за плечо Тайриз латиноса, — А теперь погнали! И да, машину надо перекрасить на всякий случай.
Заведя машину, Цикатриз, сидевший за рулем, вдавил газ, переключил скорость и двинулся на восток. В юго-восточной части города находился Локэш, а еще там по пути располагался салон по покраске автомобилей «Крась-плати-уматывай».
Доехав туда, Цакатриз заплатил пятьсот баксов, и мы стали ждать…
— Мистер Си, может, включите радио? — решился я сказать.
Мексиканец с изуродованным лицом ничего не ответил, но радио включил.
Очередной репортаж из Нью-Йорка, где недавно бомбанули небоскребы, как раз закончился, и из сабвуферов прокаченной тачки стал раздаваться мотив, знакомый любому американцу — «Звезды и полосы» Джона Сузы, один из самых известных маршей США.
Перекраска машины продлилась еще минут двадцать. Мы тем временем решили посчитать, сколько заграбастали.
Как оказалось, в мою сумку вместилось на пару тысяч баксов больше, чем в другие, и чтобы деньги были честно поделены, я отдал эти пару тысяч Мигелю. Теперь у нас имелось по сто семь тысяч долларов, плюс-минус мелочь.
Когда машину перекрасили в болотно-зеленый цвет, мы поехали в Локэш. Там Си нас высадил, а потом вернулся в родной Норт-Сайд.
***
— И как? — спросил я у Тайриза, который возился с деньгами.
— Да, я пересчитал зелень, — довольно заявил он, — Сто семь тысяч пятьсот двадцать долларов. Хватит, чтобы выкупить братанов из тюрячки, и сверху семьдесят тысяч останется.
Мы сидели дома у дяди. Может, это не самое шикарное убежище, но зато намного безопаснее вражеской территории, где у нас угнали тачку. Из бумбокса изливался мексиканский хип-хоп Кид Фроста, который был всяко лучше очередных подробностей про теракт в Нью-Йорке.
— И что теперь? — спросил я, вертя в руках пистолет, — Всё сделано. Кореша будут вскоре выкуплены. Можно отдыхать.
— Как можно отдыхать, пока «Грегсонс» и «Хайроллеры» нас притесняют? — ответил дядя вопросом на вопрос, — Надо найти еще денег. А зачем, думаешь ты? Да затем, что нужно вооружить ребят. Желательно автоматами. Также не помешает нашим корешам купить тачек. С ними наши ребята будут более «мобильными», сечёшь?
— Так значит… — задумался я, — Берём букмекерскую контору?
