– С шарфом красиво получилось, – ухмыльнулся Камаев. – Я ж приготовился. Парик с дредами купил, чтобы все на нее подумали. Приехал бабку поздравлять, а дреды-то она, оказывается, сняла. Пай-девочка не хотела мамушку и бабушку расстраивать внешним видом. Но мне уже прикид некогда менять. Я решил, что никто такие мелочи не заметит. Я ж не знал, что ты – мент, думал, просто трахатель очередной. Жениться бы я вам все равно не дал, конечно, но это я на потом оставил. Ника позвонила, что супружник ее возвращается, а я-то знал, что у него на даче труп дяди Савы и камешки с картиной припрятаны. Ну, я взял у Мирки машину и рванул. Ключи-то давно сделал. Она мне как-то давала машину, я и изготовил дубликат на всякий случай. Думал угнать ее тачку и в озере утопить. Чтобы знала. А то BMW у нее. Цаца поганая. А тут еще лучше получилось. Если б не ты, ее бы арестовали.
– Про убийства рассказывай.
Все оказалось еще банальнее и проще, чем Зубов предполагал. Про то, что отец выставил на продажу драгоценные камни, Камаеву рассказала Ирина. У нее как раз начались неприятности с поставщиками наркотиков. И, помимо отца, она бросилась за помощью к Камаеву, в которого была влюблена, а он не рвал с ней отношения, чтобы держать на коротком поводке.
Разумеется, любить он ее не любил, но периодически спал с ней и даже оставался ночевать. Именно Камаев втянул Ирину в торговлю наркотиками. Сам он занимался этим давно и на заработанные деньги купил и шикарно обставил квартиру, говоря семье, что получает хорошую зарплату как айтишник. На самом деле разовые заказы не давали бы ему возможности сводить концы с концами, но никто этого не понимал.
Самойловские драгоценности Олегу не были нужны. Денег ему хватало, но Ирина, которой он отказался помогать, честно рассказала отцу, зачем ей нужны полмиллиарда рублей, и проболталась о том, что Камаев занимается наркотиками. Тот рассказал обо всем Волкову, и дядя Сава позвал племянника к себе на серьезный разговор. Это и была та самая последняя встреча, о которой Камаев рассказал следствию, умолчав лишь о том, что послужило для нее поводом.
На ней присутствовал и Самойлов. Он сказал, что погасит долги дочери, но Камаев должен оставить ее в покое. Волков же решительно приказал племяннику прекратить свою преступную деятельность, иначе он сообщит в правоохранительные органы. Олег решил, что от обоих стариков нужно избавляться.
Убить Самойлова оказалось нетрудно. Олег сказал ему, что даст часть денег для Ирины и под этим предлогом назначил встречу в нелюдном месте, вручив бутылку «Макаллана», к которой пьянчужка сразу же и припал. Камаев распрощался с ним, а потом напал из-за забора. Пьяный Самойлов не ожидал этого, да и сопротивляться не мог.
Из-за патологической жадности Камаев не мог оставить у Самойлова в коммуналке бриллианты. Да и не хотел, чтоб они достались Ирине. Поэтому, вытащив у дяди Борика из кармана ключи, под утро он проник в коммуналку, где попался на глаза соседскому мальчишке, но не знал об этом. Найти алмазы и висящую на стене картину оказалось нетрудно.
Камаев рассчитывал, что на идентификацию жертвы без документов уйдет несколько дней. Впрочем, для Савелия Волкова это уже ничего не меняло. Позвонив дяде Саве по телефону, Камаев сказал ему, что Ирина пыталась покончить с собой на даче Кононовых и ее нужно срочно забрать оттуда, пока не случилось беды.
– Борик мертвецки пьян, его невозможно транспортировать, а меня она не послушает, – сказал он Савелию Игнатьевичу, и тот, разумеется, согласился поехать с ним.
Ирина Введенская быстро поняла, кто убил ее отца, и снова заявилась к Камаеву, чтобы шантажом получить у него деньги. Она угрожала выдать возлюбленного, если он откажется ей помочь. Да и за светившую ей решетку не хотела отправляться в одиночестве. Или всему виной оказалась ревность? Ирина узнала от своей подруги Вероники, что та встречается с Олегом, и пригрозила, что расскажет об их связи Климу Кононову.
Камаеву не оставалось ничего другого, как утопить ее в ванне, а затем инсценировать самоубийство, используя искусственный интеллект для создания голосовой предсмертной записки. Когда рассказ дошел до этого места, приехали зубовские коллеги и скорая. Впрочем, все остальное было понятно и так.
– Последний вопрос, – сказал Зубов, наблюдая, как Миру аккуратно кладут на носилки. – Как Мира поняла, что это ты?
